И задача актера в этом случае - произнести текст так, чтобы было убедительно для другого персонажа, и в то же время так, чтобы подтекст был ясен для зрителя"". Сначала то, что он объяснял, казалось ей слишком заумным, но постепенно Светлана научилась понимать и чувствовать актерскую игру, стала разбираться во всех тонкостях и нюансах. Ах, Володя, Володя..."
"- Наверное, ты прав, - медленно начала она, тщательно выбирая слова и глядя прямо в глаза Павлу, - но есть еще один момент... Даже не знаю, как сказать.
.. Может, это как бы прозвучит глупо, или вычурно, или еще как-то... Но понимаешь, я не могу бросить сцену. Наверное, я кажусь тебе легкомысленной и пустоголовой бабочкой, для которой как бы безразлично, чем заниматься и чем зарабатывать на жизнь, лишь бы деньги давали, да?
- Ну что ты, Светочка, - запротестовал Павел, - я ничего такого никогда о тебе не думал.
Она упрямо помотала головой и поменяла позу, спустив ноги с дивана и слегка наклонившись вперед. Павел сидел в кресле, откинувшись на спинку и положив ногу на ногу, и ритмично постукивал карандашом по стеклянной столешнице.
Его рука была достаточно близко, чтобы можно было до нее дотянуться, не меняя естественности позы. Светлана накрыла его кисть ладонью и тут же заговорила снова, чтобы ее жест выглядел не нарочитым, а словно бы продолжением и неотъемлемым элементом того, что она собирается сказать. Только бы не запутаться в словах, которые она продумала заранее и неоднократно проговаривала про себя.
- Я не могу не петь, Павлик. Ты же знаешь, какой жизнью я живу. Оля меня все время как бы попрекает, мол, трачу время без толку, пьянками-гулянками увлекаюсь и все такое. Она просто не понимает, что мы все так живем, и если я стану как бы вести себя иначе, меня не поймут, меня отвергнут, будут считать чужой. В нашей среде так принято, и для меня очень важно, чтобы меня принимали, не отвергали, иначе я останусь совсем одна. У меня ведь никого нет, только родители, и то в другом городе.
На самом деле я как бы очень одинока, а все, что ты видишь, я имею в виду мою жизнь, это все как бы показное, вынужденное. Сцена - моя единственная отдушина, мои выступления - это все, что у меня конкретно есть. Если бы у меня было что-то еще, что заняло бы мое сердце, стало как бы частью меня, я бы отказалась от пения. Но ведь у меня как бы ничего больше нет, ни любви, ни настоящих друзей. Только сцена.
