Когда даже ангелы посылают (СИ)

В ответ раздался лишь горестный вздох. Кир начал улыбаться. Это было не слишком благородно с его стороны, но когда кому-то еще прилетало от Константина Федоровича, Кир не мог не радоваться. Не все же ему одному. Но однако быстро устыдился и принялся расспрашивать Аркашу о работе.

- Я не успеваю ни есть, ни спать! - тут же принялся жаловаться брат. - Через две недели премьера же! Ты бы приехал, что ли. До Дюсселя лететь меньше четырех часов.

- Я бы может и приехал. Да я невыездной. Снова.

- Опять отличился? - понимающе хмыкнул брат.

- Неужели тебе на меня не жаловались еще?

Аркадий помолчал. А когда заговорил, то голос его звучал очень тихо и размеренно. Почти по-отцовски.

- Папа чуть с ума не сошел, когда стало ясно, что ты на территории, которую контролируют повстанцы. И до этого, когда ты оказался в районе взрыва. И все то время, пока тебя не вернули...

- Угу, конечно, - Кир усердно демонстрировал беспечный тон. - Я же провалил, посрамил и не подчинился. В угол и на горох.

- Папа очень тебя любит, - все тем же несвойственным ему отеческим тоном ответил Аркаша. - А ты балбес.

- От балбеса слышу, - огрызнулся Кир. - Сигнализация там же включается-выключается? Ключи от машины на том же месте?

Человек на лестничной площадке был Кириллу не знаком, но тот упорно звонил в дверь, и поэтому Кир его разглядывал в глазок. Седые виски, костюм, который несет не столько функцию одеть человека, сколько информацию его статусе и инструкцию о том, как с ним обращаться.

Ну, все ясно. Комиссия явилась к нему собственной комиссьей персоной. К господину Корбейникову - только так. Со всем почтением.

Как же Кир хотел быть тем, за кого не решает все фамилия. Он достаточно уже насмотрелся, чтобы понимать: для большинства его положение - счастье, шанс, карт-бланш. Когда тебе все идет в руки и с них же, если что, сходит.

Но Кирилла это тяготило. И так хотелось - с чистого листа, самому, не по фамилии. А по силам и способностям.

Кир выдохнул, одернул футболку, пригладил волосы. И открыл дверь. И в проем жизнерадостно произнес.

- Добрый день. Кофе будете?

- Буду, - после небольшой паузы ответил представительный весь из себя дяденька из комиссии. И неспешно и неумолимо шагнул через порог.

Кир готовил кофе с чувством и молча. Зерна - мексиканские, он лично знал человека, что вырастил их.