Когда даже ангелы посылают (СИ)

Словно осеннее небо сквозь пелену готовых пролиться дождем туч. Немного холодные, чуточку грустные.

С трудом заставила себя отвести взгляд от глаз. Русый. Немножко лохматый. Уши... совсем капельку торчат, что ж ты врал? Высокий, и не производит впечатление тощего. От фигуры ощущение стремительности и гибкости. Как гепард, готовый в любую секунду сорваться с места

Они смотрели друг на друга и молчали. Это длилось.... Наверное, долго. И молчание первым нарушил он.

- Я... - Кир прокашлялся. - Я рад, что с тобой..

Магия глаз цвета осеннего неба отпускала медленно и неохотно. Но кое-что важное Катя поняла почти сразу. Выдохнула шумно.

- Папа? - и, скорее не вопросительно, а утвердительно уже. - Конечно папа, кто же еще!

- Да, - Кирилл говорил все там же, так запомнившимся, так гипнотически действовавшим на нее спокойным голосом. - Я разговаривал с Дмитрием Ивановичем.

- Мой отец очень любит вмешиваться во все! - Катя поняла, что сердится по тому, как громко, в отличие от Кира, звучал ее голос.

- Кать... - она почувствовала, как ее локтя коснулась его рука. И остро вдруг захотелось, чтобы обнял. Как там. - Давай сядем и поговорим.

Они сели. Скамейка, аллея. Готовая мизансцена. Откуда вот только?

- Ты извини моего отца, пожалуйста, - Катя нервно сцепила руки на колене. Смотреть на Кира она не могла. Слишком велико искушение кинуться ему на шею. Совершенно непоследовательно.

Кир молчал. Он боялся смотреть на Катю. Ее лицо, вся фигура, вся она - напрочь лишала его способности соображать. А ведь он собирался. Он же готовился... Он же даже слова сочинил...

- Кать... - вздохнул так, что закололо в боку. - Я так понимаю, нам все равно есть что обсудить.

Катя обхватила себя руками. Изображать гордость и неприступность смысла нет. И сил нет.

- Да, - ответила тихо. И более не нашла, что добавить. Разглядывала нитку из шва на кроссовке.

- Слушай... - еще один глубокий вздох. - Если так получилось, что... у нас будет ... ребенок... то я... - хреново он подготовился, слова не идут вообще! Хочется просто припасть губами к пшеничной макушке, обхватить девичий стан руками и ничего... ничего!.. ничего-ничего... вообще ничего не говорить! - В общем, я хочу, чтобы все было правильно.

- Правильно? - Катя вскинула на него свои невозможные глаза. Он тут же чуть не умер.