Когда я стала ведьмой

Свернув договор трубочкой, я пошла в кабинет, мне срочно нужно зелье, которое уписала в письме Аграфена для придания бодрости и энергии моему бренному телу, иначе я засну прямо сейчас или во время ритуала, что будет очень прискорбно.

— Грэхэн, сидишь здесь и никуда не лезешь! Любаша присмотри за ним. Трофим, а ты со мной в кабинет, будем составлять план дальнейших действий, и расскажешь, как работать с зеркалом.

— Не указывай мне, смертная, что делать! — Опять заверещало это чудовище. — Нет ну право слово, как можно быть таким гадким? Меня даже наша бухгалтерия из себя тАк не выводила.

— А ну, цыц! Сделай, как я прошу, и не зли меня больше, мой лимит терпения подходит к концу, фейри! — И скорее покинула столовую, чтоб ненароком снова не влипнуть в эту бессмысленную словесную перепалку.

Я сидела в кабинете за столом и пыталась хоть как-то приноровиться, чтоб выпить бодрящее зелье, нос зажимала, глаза закрывала, но вонь стояла такая! Бееееээ! Неужели все зелья так ужасно пахнут.

— Трофим, попроси у Любаши апельсинку, надо мне закусить этот шедевр кулинарии.

— Сейчас хозяюшка. — Исчез и вернулся буквально через минуту с тарелочкой, на которой аккуратно лежали очищенные дольки апельсина. Апельсин тут же наполнил своим ароматом комнату, у меня аж слюни чуть не потекли от такого острого цитрусовго запаха. Ням-ням.

Съев одну дольку, я тут же влила в себя зелье и сразу запихала в рот три дольки и разжевала, чтоб цитрус перебил этот ужас.

Выдохнула, вздохнула, снова выдохнула. Кажется, назад не просится, хотя привкус во рту тот еще. Дожевав оставшийся апельсин, почувствовала себя гораздо-гораздее!

Меня словно омыло прохладной волной свежести, ушла сонливость и раздражительность, перестало тюкать в голове, исчезло ощущение песка в глазах и ломота в теле и я почувствовала себя так, словно горы могу свернуть и реки вспять обернуть.

Ну а теперь можно приступать непосредственно к самому процессу.

— Трофим, я готова. Бодра, сильна и внимательна. Рассказывай, как работать с артефактом Истины.

И Трофим начал рассказ.

Я стояла на чердаке и разглядывала собственно сам артефакт. Напольное зеркало в золоченой раме. Высокое, самое зеркало идеально ровное, гладкое, рама такая толстая и резная и на мой вкус чересчур вычурная.