Когда я стала ведьмой

Ведьмы рассказывали истории из своих жизней, только Мурена и Ангел, ели молча и беседу не поддерживали, но выпивали наравне со всеми.

— Девчата, а теперь давайте выпьем за хозяйку этого дома, ведьму, нашу новую подругу и чтобы все ее обидчики получили пенделя, хорошего такого, смачного, а мы поможем в этом. — Взяла слово уже подвыпившая Снежана. Девчонки ее поддержали.

Наливка кончилась, водка тоже. Все были хорошо подвыпившие, некоторые подперев подбородок кулачком заводили русские народные и грустные песни о любви.

Пава, ударив себя по лбу, заявила, что привезла с собой свою фирменную настойку, щелкнула пальцем, в столовой тут же материализовалась клетчатая сумка, такие сумки продаются на китайских рынках! Я захихикала. Пава вынула из сего баула пятилитровый бутыль с мутной зеленой жидкостью. Ведьмы, кто захлопал в ладоши, Ангел залихватски засвистела, близняшки завели новую песню «В горнице моей светло, это от ночной звезды…». Кто-то из этого бедлама закричал, — Гуляем, ведьмы! Домовые и фейри от греха подальше, удалились.

— Василек, ты травку свою захватила? — Заплетающимся языком спросила Василису Пава.

Василиса хлопнула в ладоши и на столе появилась…эээ…, ну в общем то, что курят, веселая травка такая, Cannabis Sativa. Я захохотала до слез, близняшки, Снежана и даже Ангел мой смех подхватили.

— Ну хош, мы его с Маринкой к тебе приворожим, будет на пузе у твоих ног ползать и как собака тапочки в зубах тебе приносить? — Заплетаясь и путаясь в словах, дымя сигаретой, с осоловевшими глазами, спрашивала меня Галина.

Марина поддакивала ей рядом и тоже дымила.

— Не, — замотала головой, еле удерживаясь на стуле, — не хочу как собаку, у меня Кеша, Кеша собак не любит. — На меня напала икота.

— Давай я на него порчу наведу, срачку например, когда один, не хочет, как ток женщина какая, так все, зад трещит! — Предложила Мурена, обняв меня одной рукой, другой уже третий раз пытаясь ухватить огурчик, но каждый раз промахивалась, в итоге ухватила помидор.

— Фу!!! Хотя-я-а… — Ответила ей и громче заикала.

Ангел спала лицом на столе (хвала силам, не в салате, а в тарелке с пирожками) и громко храпела.

Снежана, Пава и Василек обнявшись пели песни и частушки. Курили и пускали дымные кольца.

Вся столовая была в дымовой завесе.

Тут Пава вскинулась, громко хлопнула в ладоши и крикнула.

— Чего это мы расселись, кумушки! — Ангел, еще раз громко всхрапнув, подняла лицо из тарелки и непонимающе нас оглядела.