Когда исчезнет эхо

— Утопилась? — подала голос Вероника, которая до этого слушала молча и с легким недоумением на лице. Чужая семейная история, с бухты-барахты вываленная совсем незнакомыми людьми, казалась ей неуместной, но тут любопытство пересилило.

— Ну да, — женщина закивала, часто-часто, видимо, ей очень хотелось поговорить. А тут и случай представился в лице сразу двух собеседниц. — Это было ровно тридцать лет назад. Такое лето выдалось! Жаркое, грозное. Что ни день, то гроза. Старики еще судачили, что гром — это божья кара.

Мол, сердится всевышний на нас за что-то. Не к добру это. И как накаркали. Сначала Митька утоп. И в ту же ночь Женечка утопилась. Сбросилась с обрыва — там, выше по течению, обрыв есть. И под ним омут.

— Кто такой Митька? — ошалело спросила Юлька.

— Да боже ж ты мой, мальчишка деревенский! Прокопьевны нашей младший брат. Юркий такой был, сорвиголова, вечно лез куда не просили. Вот он перед грозой на речку побежал купаться — и утоп.

— А Женя почему утопилась? — снова поинтересовалась Вероника.

 — Из-за этого мальчика, что ли?

— Да нет, Митька к ней был никаким боком. Ему двенадцать, ей семнадцать. Такая красавица была, лапочка просто! А утопилась — ведомо отчего: от несчастной любви. Знамо дело, со студентом своим поссорилась да и сиганула в реку с обрыва. А он-то, бедолага, не вынес вины-то такой — и в петлю. Вот прям назавтра и повесился. Вот какой ужас у нас тут был. Три загубленных души, почитай, за одну ночь!

— А студент тут откуда взялся? — Вероника не унималась, но ответить соседка не успела.

Ее муж сделал шаг вперед и решительно отвел ее рукой, как воздух разрубил.

— Вот что, мать, хватит болтать-то уже, — сказал он. В добродушном, казалось бы, тоне звучали стальные нотки, и жена их расслышала, стушевалась. — Вот что за помело вместо языка! Стоит увидеть благодарного слушателя — и ну болтать, ну болтать! В общем, Юля, мы рады, что вы тут дом купили. Если помощь по-соседски будет нужна, то всегда заходите, если болтовни моей бабы не боитесь. Меня, кстати, Василий Васильевич зовут, а супругу мою — Светлана Капитоновна.

— Спасибо, — сказала Юлька и сделала спасительный шаг к калитке. От болтовни Светланы Капитоновны у нее даже голова заболела. — Раз собака не ваша, то мы пойдем. Нам еще много домов предстоит обойти.

— Странно, — пожилая женщина выглядела теперь задумчивой, — как псинка одна-то оказалась? Даже и не знаю. Вась, спросить бы надо у…"

"Муж зыркнул на нее глазами так сурово, что она тут же захлопнула рот.