Когда исчезнет эхо

Я уж и на реку бегала, так нет его там, паразитины! Так не видали?

Вероника и Юля заверили, что не видали, и были милостиво отпущены Ириной Сергеевной, хотя и не без внутреннего недовольства.

День сменился вечером, который лениво катился своим чередом. Вероника успела рассказать матери про свою поездку в город, поделиться впечатлениями от фильма, почитать книгу, поговорить по скайпу с отцом и вволю наплаваться в реке, вода в которой за последние дни стала еще теплее. Мама приготовила ужин — овощи на гриле, которые они ели, обмакивая в специальный соус с итальянскими травами, пили красное сухое вино, побросав в бокалы льда.

Вероника любовалась матерью, как привыкла любоваться с самого детства. Они были очень разные — мать и дочь, и все-таки чем-то неуловимо похожи. Девушка любила, когда знакомые и не очень люди подмечали это сходство.

— Мама, а расскажи, как ты здесь жила, — вдруг попросила Вероника.

— Где здесь?

— В России. Ты же говорила, что выросла в деревне. Я всегда представляла себе эту картину как часть итальянского пейзажа или английского.

Когда я год училась в Англии, то просто обожала атмосферу английских деревушек. Она действительно такая, как показывают в добротных английских детективах, и я всегда почему-то рисовала в этой атмосфере тебя, твою улыбку, твой смех. И только сейчас понимаю, насколько в России все по-другому. Если честно, я не представляю тебя среди этих людей, живущих в домах с туалетами чуть ли не на улице, без воды и минимальных удобств. Ты слишком, — она замялась, подыскивая нужное слово, — слишком принцесса для этого.

— Не принцесса, нет, королевна, — пробормотала Джемма и, видя недоумение дочери, пояснила: — Это присказка такая из очень старого кино, снятого в Советском Союзе, когда я еще и на свет-то не появилась. А вообще, Ниточка, надо бы мне показать тебе фильмы моего детства. Они очень хорошие, хотя, наверное, тебе покажутся немного странными.

— Мам, нет, ну правда, как ты здесь жила? Если ты королевна?

— Королевной меня сделал твой отец, а до этого я была простой деревенской девчонкой, попавшей из такой вот деревни, как Сазоново, в большую, чужую, не очень добрую к приезжим Москву.

Тогда я этого не понимала, потому что была влюблена. Да-да, у меня была первая любовь, юношеская, очень светлая, и, как все светлое, она кончилась грязью и предательством. Я тогда чуть не умерла от горя, потому что мне казалось, что вся моя жизнь рухнула, близкие люди оказались мерзавцами.