Когда он получает

Я перевожу взгляд с крови, пропитавшей мой живот, на Екатерину. По ее глазам я вижу, что она намерена довести дело до конца.

И тут же моя паника, перехваченная дыханием, превращается в ярость.

Внутри меня просыпается сила. Сила, которая кричит, чтобы я сделала то, что необходимо. Поступить справедливо.

Курок под моим указательным пальцем словно горит, когда Екатерина снова поднимает пистолет.

И снова сжимаю. И еще раз.

Я выпускаю в Екатерину всю обойму, пока она не падает на пол.

Комната кружится. Я изо всех сил стараюсь осторожно опуститься на плитку, но в итоге падаю, как только оказываюсь на полпути.

Мое зрение тускнеет. До моих ушей доносятся слабые голоса, но я не могу разобрать, кому они принадлежат.

А потом все вокруг становится черным.

Я попал в бурю хаоса и стрельбы.

В одну минуту я записываю адреса складов, пока Максим и пахан говорят о чем-то по-русски, а в другую — люди Джино Ферраро врываются в мою гостиную.

Я хватаю с журнального столика пистолет и бросаюсь на спинку дивана.

— Ты, ублюдок! — кричит пахан.

В меня врезается тело.

Я перекатываюсь, отбиваю ногу и попадаю в грудь Максиму. Он отшатывается назад, затем снова делает выпад, нанося удар, но я блокирую его и наношу свой.

Максим падает на землю. Кровь капает у него из носа, в яростных глазах пылает убийство. Он отползает за кресло, его пистолет взведен и готов к стрельбе.

Я прижимаюсь спиной к стене и выглядываю из-за угла.

Люди Джино расправились с двумя охранниками, но оставшиеся двое затаились за кухонным островом с паханом.

Ребята Джино справятся. Мне нужно прикончить Максима и добраться до Блейк.

В моем нутре бурлит смесь гордости и гнева. Я горжусь тем, что она справилась, и злюсь, что она так рисковала.

Это была не ее работа. Все время, пока пахан говорил, я думал о том, как увезти ее подальше отсюда. Оказалось, у нее был свой план. Пролить на себя кофе было блестящей идеей.

Я подумал, что, возможно, без нее в комнате я смогу попытаться напасть на пахана, но не хотел рисковать, не сумев убить их всех.

Они бы не пощадили ее.

Я осматриваю комнату, но в хаосе и дыму трудно что-либо разобрать. Пуля царапает мою руку — напоминание о том, что я слишком долго не сводил глаз с Максима. Адреналин, бурлящий во мне, притупляет боль.

Я прицеливаюсь и стреляю, но ублюдок уворачивается как раз вовремя.

Мне нужно покончить с этим. Сейчас же.

Пригнувшись, я пробираюсь сквозь мебель, приближаясь к Максиму.