Когда он получает

 — Я создавала впечатление, что единственная причина, по которой я хочу пройти через эту миссию, — помочь тебе, но на самом деле у меня были свои эгоистичные мотивы.

Вот что это было… Виноватый взгляд, который я заметил в ее глазах, когда мы были в домике на пляже.

Я прижимаюсь поцелуем к ее голове. — Прощать нечего.

Напряжение, скопившееся в ее теле, ослабевает.

— Ну, она все еще в долгу передо мной. Перед тем как приехать сюда, я навестила ее.

Она поднимает голову от его груди и встречает мой взгляд. — Я попросила ее уговорить Джино отпустить тебя, чтобы ты снова стал консильери Рафаэле.

Кажется, воздух разом покинул комнату. Я смотрю на нее, ошеломленный. — Детка, это…

Невозможно. Джино никогда бы не сделал этого.

На ее губах заиграла ухмылка. — Все готово. Это случилось.

— Как? — задыхаюсь я.

— Разве ты не видишь, что Вита обвела Джино вокруг пальца? Потребовалось несколько часов их разговоров, но она добилась своего. Ты вернулся.

Я сажусь, поворачиваюсь лицом к ней на кровати и глажу ее по щекам.

Мир, который казался таким серым перед ее возвращением, теперь стал чертовски разноцветным.

— Я так чертовски сильно люблю тебя, Солнышко.

Нет ничего, абсолютно ничего в мире, что я не сделал бы для нее.

И когда она улыбается мне с блеском в глазах, я понимаю, что она тоже это знает.

KT Bar & Grille в Хазарде, штат Кентукки, — не то место, куда можно привести свидание.

Полы липкие, в воздухе витает запах несвежего пива. Неоновая вывеска в углу тихонько жужжит, отбрасывая тошнотворный зеленый свет, который едва достигает остальной части помещения.

В углу стоит музыкальный автомат, но он молчит, и единственным звуком является негромкое бормотание немногочисленных посетителей, разбросанных по бару.

Это такое место, которое кажется забытым, отгороженным от остального мира. Это место, куда люди приходят, когда не хотят, чтобы их нашли.

Я киваю, подвигая свой пустой стакан к бармену. Он наполняет его «Завистью ангела» и передает обратно.

— Вы уже бывали в этих краях?

— Не совсем, — говорю я из-под кепки.

 — Проезжал раз или два.

— Что привело вас в Кентукки?

— Просто навещаю друга.

Друга, который опаздывает. Я смотрю на часы и потягиваю свой напиток. Терпение никогда не было моей сильной стороной.

Дверь на улицу открывается, впуская порыв ветра. Я прислушиваюсь к звуку шагов нового посетителя — тяжелых, равномерно распределенных.

Мужчина садится на табурет через два места от моего у барной стойки.

— Привет, Бретт.