Когда он получает

Он снова тянется к моей руке и переплетает наши пальцы, словно пытаясь успокоить меня.

— Я тоже присоединюсь к вам, — говорит Козимо.

— В этом нет необходимости, сынок, — говорит Джино, поднимаясь на ноги. — Ты с Алессио можете приступить к десерту. Мы ненадолго.

Увольнение явно раздражает Козимо, и он недовольно сужает глаза, пока Вита, Неро и я поднимаемся. Алессио, похоже, это не волнует. Он играет в какую-то игру на своем телефоне.

Неро прижимает меня к себе, пока мы идем к кабинету Джино. Он наклоняется ко мне и шепчет.

В офисе мы с Неро садимся на один из кремовых диванов в зоне отдыха, а Джино и Вита устраиваются напротив нас.

Вита наливает нам белого вина. Когда я ловлю ее взгляд, когда она опускает бутылку, в нем есть что-то, чего я не замечала раньше. Что-то хитрое.

В этой женщине есть нечто большее, чем просто гостеприимная жена дона.

Неро кладет ладонь мне на поясницу. — Давай перейдем к делу, Джино.

Среброволосый мужчина улыбается, когда его жена занимает место рядом с ним. — Ты помнишь, когда был здесь в последний раз, Неро?

— Конечно, — грубо отвечает Неро.

— Ты стоял вот здесь, — Джино указывает на место перед столом, — на коленях передо мной.

— Знаешь, почему я не нажал на курок в тот день?

Это была правда. Все было правдой.

Неро чуть не умер за меня.

Рука, лежащая на моей спине, зарывается в ткань платья. — Нет. Но я полагаю, что ты наконец-то собираешься мне рассказать.

— Рафаэле сказал, что ты — ценный сотрудник. И он был прав. Есть работа, которую ты можешь выполнить для меня.

— Это точно не то, что ты заставляешь меня делать сейчас, — говорит Неро.

— Нет, не то, — соглашается Джино.

В тоне Неро проскальзывает нотка нетерпения.

Я заставляю себя сосредоточиться на том, что говорит Джино, несмотря на то, что мысли бегут вскачь, а сердце учащенно бьется.

Джино улыбается, но улыбка не достигает его глаз. — Мы хотим, чтобы ты проник в Братву и помог нам найти пахана.

Неро, похоже, прекрасно понимает, о чем говорит Джино. — Как, по-твоему, я смогу это сделать?

— До того как ты ушел, ты был верным консильери. Это ты убил Майкла, но вина за это лежит на Рафаэле. Мы оба знаем, что он должен был предупредить тебя, что там будут мои люди. Человек на твоем месте был бы справедливо расстроен тем, что ему придется отказаться… — Джино отхлебнул вина. — Ну, от всего.