Танец восемнадцатого столетия, аромат старых роз, женщина в старинном костюме. И это она, я уверен, уберегла тебя от несчастного случая.
— Остановись. Неужели ты серьезно полагаешь, что это некое подобие ангела-хранителя?
— Ты сама назвала вещи своими именами. Именно ангел-хранитель.
— Который затем показал мне разлагающийся труп брата?
— И это верно, — лицо Энди недовольно скривилось. — Пожалуй, мне этого сразу не объяснить. Быть может, мы имеем дело не с одним, а с двумя…
— Нет! Если уж здесь присутствует призрак, он может быть только один.
— Но ты же прониклась ее чувствами и даже мыслями, — упорствовал Энди. — Она кого-то очень ждала. Мужчину, который уехал и не вернулся.
Диана заговорила не сразу. Она до мороза по коже вновь ощутила это непереносимое ожидание. И все же оно было следствием, скорее, ее собственного желания, чтобы Брэд снова был с ней. Наконец, она спросила:
— Когда ты говоришь «она», кого ты имеешь в виду?
— Ну, это всего лишь предположение…
— И почему ты назначил мне встречу здесь, среди кустов роз?
— Мне показалось, что тебе труднее будет разговаривать рядом с надгробиями, — ответил Энди с глуповатой улыбкой.
— Я не суеверна.
— Тогда пошли, — он встал и протянул ей руку.
На камни уже легли густые вечерние тени. «Джордж» лежал так же, как и в первый раз — лицевой стороной в коричневых прошлогодних сосновых иглах. Энди направился прямиком к третьему надгробию, где надпись была утрачена.
— Ей было девятнадцать, — сказал он. — Дочь хозяев дома. Незамужняя…
— Что за вздор? Опять ты начинаешь.
С чего ты взял, что она не была замужем? Мы даже не знаем, женщина ли это. Имени не прочитать.
— Замужняя женщина была бы похоронена в фамильном склепе. Для взрослого сына изготовили бы более солидное надгробие.
— Это логично, — согласилась Диана, — но как доказанный факт не принимается.
— Значит, придется навести справки.
— Где и каким образом?
— Должны были остаться какие-то записи. В архивах хранятся книги регистрации рождений, браков, смертей, копии завещаний, контрактов, договоров.
А возраст ее указан на камне.
— Перестань говорить в женском роде. Это давление на присяжных.
Энди рассмеялся и обнял ее за плечи, что получилось естественно по-дружески.
— Наоборот, мне необходим весь твой скептицизм.
— Не забывай, что двое скептиков у тебя уже есть, — сказала Диана.
— Мне кажется, нам лучше держать свои теории при себе. Уолт даже слушать не станет, а Мэри-Джо…
— Тс-с-с, — прервала его Диана, освобождаясь от его руки.
