— Прости, ты что-то сказала?
— Неважно. До свидания, папа. Спасибо за помощь.
Она все еще стояла в дверях и смотрела на опустевшую дорогу, когда к ней вышла Мэри-Джо.
— Я думала, ты уедешь с ними."
"— Нет, но я в самом деле умираю с голоду. А ты?
— Энди делает бутерброды, но мне сначала хотелось бы посмотреть, как продвигаются дела в библиотеке. Никогда не думала, что так трудно повесить пару портьер.
Они заглянули в библиотеку вместе, скептически выслушали заверения декоратора, что еще буквально час и работа будет завершена, после чего вернулись в кухню.
Молчание там воцарилось столь тягостное, что Диана поняла — именно ей следует прервать его.
— Что ж, теперь вы видели его во плоти. Он оказался лучше или хуже, чем вы думали?
— Он… Он видный, даже симпатичный мужчина, — начала Мэри-Джо после небольшого колебания.
— Оставь эту вежливую чепуху, или я тебя ущипну! Сказать вам правду, он держался лучше, чем я опасалась. Это заслуга Энди. Папочка уже начал довлеть надо мной, когда Энди поставил его на место.
— Это я пропустила. Как ему удалось такое?
— Спроси у самого Энди. Он, вероятно, до сих пор злорадствует.
— И имею на это право, — сказал Энди, который услышал последнюю реплику. — С ветчиной или курицей, Диана?
Собравшись за столом, они втроем принялись оживленно обсуждать недавнюю встречу. Уолт взял бутерброд с собой и вернулся к своей команде.
— Больше всего меня взбесило, как он смотрел на Уолта, — призналась Мэри-Джо. — Словно перед ним пациент из клиники для слабоумных.
— Вероятно, оценивал его как потенциального зятя, — съязвил Энди. — Если хочешь расквитаться со своим стариком, Диана, мой тебе совет: выходи замуж за представителя низкого сословия.
— Ты не только злобный, но еще и сноб, Энди, — сказала Диана.
— Я не собирался оскорбить Уолта. Это предназначалось твоему папочке. Хотя в деловой хватке ему не откажешь, а? Бэллоуз произвел на меня большое впечатление. И еще он, кажется, говорил что-то о медицинском заключении?
— Ты не мог этого слышать, если только не подслушивал! — возмутилась Диана.
— Конечно, подслушивал. А как иначе? Мне никто ничего не рассказывает.
— Тогда тебе должно быть известно о том, что предварительное заключение гласит: к нам это не имеет никакого отношения.
— Эту часть я прослушал, — заметил Энди спокойно.
— Ах, какая жалость! Отныне обязуюсь неукоснительно докладывать вашей светлости обо всем.
Сарказм не достиг цели.
— Я был бы тебе за это крайне признателен.
