Когда шатается трон

Камера у вас отдельная, можно сказать, со всеми удобствами, харч добрый, курево, чай, газетки, можете жить по своим законам, хоть в параше друг друга топите. После на зону вернётесь. Живыми. А кто не захочет дальше срок тянуть — на воле останется.

— Сладко поёшь, начальник. А ну как кинешь нас, в деревянный ящик упаковав, когда мы дело сладим?

— Может, и так, только вы всё равно в плюсе будете: поживёте лишние месяцы или даже год в тепле и сытости. Всё лучше, чем теперь в земле червяков кормить или в «пресс-хате» на насесте кукарекать.

Смотрят воры на мёртвого приятеля своего, у которого из разбитой черепушки кровь и мозги по полу текут, и понимают, что не шутят с ними, не пугают. Предупреждают.

— Что мы должны делать?

— Стать проводниками в ваш блатной мир.

— Сексотами нас сделать хочешь, начальник, чтобы нас честные воры на перо посадили?

— Нет. Мне информация про ваши делишки без надобности, я не кум и не прокурор.

— Зачем тогда?

— Затем, что мы хотим на дно залечь или дело совместное с корешами вашими провернуть.

— Не-а, за так никто вам помогать не станет, нет таких фраеров, чтобы за чужие грехи в огонь башку совать.

— А мы не за так… — Крюк потянулся, раскрыл, толкнул ногой коробку.

Ё-моё! Это же сколько в коробке бабок!..

— Расчёт будет купюрами или рыжьем — как захотите. Ну и в общак, естественно, отстегнём. Нам халява не нужна.

— А если мы согласимся, а после вас кинем?

— Не кинете. На тот случай мы компромат организуем: по запретке погулять попросим между колючками, что для правильного вора позор несмываемый, очко отдраить, а мы все эти ваши подвиги запротоколируем.

— А если нет, если мы вас пошлём?

— Тогда на карачки, и тоже в очко, но уже мордой, а сзади кто-нибудь пристроится. Вот и прикиньте: или при авторитете и при бабках, или с рожей в дерьме по уши.

Крепко Крюк воров за грудки взял, знает, как их убедить. Куда там куму или прокурору.

— А если не мы, а вы нас после сдадите?

— Какой в том резон? Нам крепко дружить нужно, мы не то что закладывать, мы опекать вас будем, по вашей преступной лесенке продвигать.

Всё выше и выше. В наших возможностях вы смогли убедиться, раз не на зоне теперь, а здесь стоите. Подумайте, мы не торопим — время ваше казённое. За сим общее собрание объявляю закрытым, дальше с каждым отдельно беседовать буду, а уж по душам или через колено — от вас зависит.

* * *Собрались на беседу.

— Когда?

— В ближайшие дни. После будет труднее, — ответил Пётр Семёнович.