Когда сядет солнце

Заворачиваюсь в покрывала и немного отодвигаюсь. Так проще собраться с мыслями.

– Мне нужно объяснить, может быть, ты поймешь меня. Я хотела не от тебя убежать. Мне тоже было очень трудно решиться на это, и больно… Но я оказалась в практически безвыходной ситуации. Знала, что не смогу жить спокойно, ничего не сделав. И ничего не изменилось. Мне по-прежнему необходимо увидеть отца и деда, дать им знать, что я жива и в порядке. Побывать на Земле, в нашем маленьком домике у озера. Мама, скорее всего, там, – замолкаю на некоторое время, стараясь успокоить дрожащий голос.

Вытираю щеки, намокшие от неконтролируемых слез, вздыхаю.

– Тебе ничего не сказала по нескольким причинам. С самого начала мне ясно дали понять: никаких контактов с людьми, и даже вестей домой. Я боялась, что ты откажешь мне. Я знаю, ваши правила не просто так существуют. И передай информацию, что я жива, вызовет массу вопросов. Пап и дед не оставили бы все как есть, получи они такое послание. Без сомнения, они принялись бы за мои поиски.

А у них достаточно связей и людей, кто готов им помочь. Долгие годы работы врачами дают свои плоды. Вот я и решила по старой привычке справиться сама, никого не вмешивая и не подставляя. Всегда так было. Ты же знаешь, я одиночка по натуре. Мне было невыносимо стыдно, быть рядом, а само́й планировать побег. Но в тот момент я действительно не видела иного выхода. Мне очень жаль, что не поделилась с тобой. Прости, – сконфуженно бормочу я.

Не так-то легко извиняться человеку, который не имеет подобной функции в базовых настройках.

Шанриасс двигается ближе, и аккуратно за подбородок поднимает мою голову, вынуждая смотреть в глаза.

– Я все решу. Слышишь? Верь мне. Но я бы хотел понимать, что при возникших проблемах, а они могут быть весьма разными, ты больше не будешь отталкивать меня, прятаться и тем более сбега́ть. Я чуть с ума не сошел, пока мы готовились к посещению Коалиции. Особенно в те дни, что ты там была без меня, – звенит натянуто его голос. – Ждал момента, когда заберу тебя, поимею, помечу собой.

Совсем отравила меня, – Шан переходит на шепот и снова целует меня.

Отравила? Широко распахиваю глаза. Так, стоп!

– Ты укусил меня! – возмущенно восклицаю я, безуспешно пытаясь отпихнуть командора, и хаотично ощупываю свою шею. Помню, как сразу поплыла. Не могло быть подобного от секса, – Зачем ты это сделал?

Нахожусь в полной растерянности.

– Укусил, – охотно соглашается он, не особо обращая внимания на мои трепыхания.