Когда сядет солнце

Вижу, как шевелятся крылья его носа и резко расползается зрачок, затапливая радужку. А глаза разгораются искренним интересом.

Мне резко становится не по себе. Несмотря на внутреннее сопротивление, понимаю: этот малознакомый мужчина вызывает у меня определенную симпатию. Выраженную симпатию, если быть честной с собой. При других обстоятельствах я бы и от свидания с ним не отказалась. Или хотя бы пощупать для начала. Едва сдерживаю нервный хмык, знал бы командор о чем я думаю.

Вижу, как дергается его кадык, и тоже сглатываю.

Начинаю сомневаться в своей адекватности. Я его даже не знаю!

Хмурюсь. Может, это синдром благодарной жертвы?

Похоже, и в его голове быстрой вереницей текут мысли. Знать бы о чем.

Эй, Рай, очнись! Зейрашш ошибся. Поплавились твои мозги на Красной планете. Не могли бесследно пройти ни длительное активное излучение, ни критический недостаток нутриентов.

А может, это действие восстановительной терапии целителя? Раз мое либидо вдруг взбунтовалось? Или это результат очень длительного воздержания.

Без сомнения. Всегда есть причина.

Мне тридцать семь. И я до сих пор одинока. Никогда не тратила время на интрижки на работе, считала это унизительным для себя. Одни-единственные относительно длительные отношения так и не завершились ничем. Стивен ревновал меня не только к работе, но и к коллегам. И к Шефу, который был мне скорее вторым отцом, но никак не любовником. Так я и жила одна, посвятив все свое время и энергию работе. Своего человека не встретила и уже смирилась со своим статусом одиночки.

А потом случился Фрэнсис Дрейк. У меня было три долгих года на Преисподней, чтобы принять гибель экипажа, особенно Джонатана. И признаться, наконец, себе в глубокой симпатии к нему. А на планете-пустыне была одна цель – выжить. Честно? Для меня до сих пор удивительно, что там рождаются дети.

Теперь же со мной творится полная ерунда. Попробую завтра выпросить некоторые анализы и понять, что происходит с моим организмом. Ведь командор даже не человек! Хоть и очень похож на него.

– Ты побледнела, – обеспокоенно произносит Шанриасс, отмерев первым, – может, вызвать Зейрашша?

Побледнела, да. Тошно от себя самой. Не припомню за собой такого.

– О, нет-нет, я в порядке. Можно немного воды?

Сначала я разберусь сама с собой и этими пугающими сигналами."

"– Конечно, – отзывается командор и спустя несколько мгновений протягивает бокал с водой.

Стараюсь изо всех сил скрыть дрожание пальцев. Хватаю бокал и быстро выпиваю воду, не глядя мужчину.