Когда сядет солнце

Или бросают умирать, когда выгоды больше нет. Преисподняя тому живой пример. Сколько в Коалиции еще таких шахт-колоний? Двенадцать или тринадцать. И это те, про которые известно нам, обычным людям. Нас слишком много, чтобы Правление и прочая элита ценили человеческую жизнь. Минимальные усилия, лишь бы большинство не передохло с голоду, и огромная военная машина для поддержания порядка. Все бунтующие отправятся в колонии со сложными условиями и тяжелой работой. И тюрем содержать не надо. В Земной Коалиции их не много.

Тяжело опираюсь руками на сиденье байка, погрузившись в думы.

– Чем озадачена, Рай? – сзади меня обнимают большие руки. – Надеюсь, не грызешь себя снова сомнениями?

Грызу. Но не теми, что тебя беспокоят. В данный момент, уж точно.

– Сомнения? Нет! – прекрасно понимаю, как его может обидеть моя нерешительность, кладу свои ладони в перчатках поверх его рук. – Думаю о другом. Расскажи мне, почему все наагшайрасы знают о людях, а ваша раса тщательно скрывается от нас. Теперь-то я знаю, Правление Коалиции находится в курсе.

И Фрэнсис Дрейк погиб неспроста. Сомневаюсь, что кроме меня спасся кто-то еще, и то я жива только благодаря Джонатану. Похоже, он узнал о готовящейся диверсии. И к огромному сожалению – слишком поздно.

Как же мне горько. Эта рана не скоро затянется. Хотела бы я знать, истинную причину всего случившегося.

– Давно всем понятно, что о людях в Коалиции никто и не думал. Мне повезло родиться на Земле в семье успешных медиков, у меня была сытая жизнь. Как живут большинство, я увидела только после Академии, во время практики.

А уж всю подноготную, когда попала на Сто семнадцатую, – с унынием вспоминаю я. Хорошо жить спокойно, когда не знаешь ничего. Или не видишь каждый день, в каком кошмаре живут многие люди.

Шанриасс разворачивает меня к себе и крепко обнимает, даря свою поддержку. Так и замираем на несколько минут, думая каждый о своем.

– Нам пора, Морайя, по дороге поговорим, – Шан размыкает уютные объятия и усаживает меня вперед, сам устраивается позади.

Берет в руки руль по обе стороны от меня. Так я никуда не улечу.

– Боюсь, байк ты водишь так же резво, как и «Ласточку», – опасливо притираюсь к сиденью.

– Я не дам тебе упасть, – уверенно заявляет командор."

"Конец его хвоста дополнительно страхует, по-хозяйски прогулявшись по моей ноге и бедру, и плотно оплетает мою талию, вжимая в командора. Шаловливые действия несколько меняют мой унылый настрой на чуть более жизнерадостный. Но, похоже, его хозяину этого мало.