В другой раз, хорошо? Да и ты, наверное, устала, так что не буду злоупотреблять твоим гостеприимством и сегодня откажусь. Отдыхай.
– Элизабет, а когда Вы планируете в следующий раз навестить своих родителей?
– Обычно я бываю у них раз в месяц. Плюс, минус неделя.
– Обещаете, что сообщите мне, когда соберетесь приехать?
– Хорошо, конечно! – Элизабет улыбнулась, – привезти тебе русский шоколад?
– Ой, нет! Лучше бородинский хлеб! Я его полюбила, пока жила целый год там!
– Договорились! – рассмеялась Элизабет, – Вильма, ты звони сама, хорошо? Не стесняйся! Я всегда рада тебя слышать!
– Хорошо, я буду Вам звонить! – Вильма уже открыла дверь, собираясь выходить, но перед ней встала неожиданная проблема: Вильма поняла, что сама она, без помощи Элизабет, не может выбраться из машины.
Машина была низкой, и Вильме, хоть и срок ещё у неё не большой, да и животик совсем маленький, оказалось вдруг не выбраться из старенького и низкого авто.
– Погоди! Я помогу! – Элизабет вышла из машины, обошла её и подала Вильме руку, помогая ей выйти.
– Спасибо, я не ожидала, что не смогу сама! – виновато улыбнувшись произнесла Вильма."
"– Ничего! – Элизабет улыбнулась и погладила Вильму по плечу, – в этом нет твоей вины, девочка, машина слишком низкая. А в твоем теперешнем положении лучше не рисковать и не пытаться всё делать самой!
Вильма уже шагнула в сторону дома, но передумала и, развернувшись всем телом к Элизабет, выпалила скороговоркой:
– Элизабет, извините меня, пожалуйста, за тот вечер! И за тот мой ультиматум Вам и отцу! Я совсем не против того, чтобы Вы и отец были вместе!
И, не дав Элизабет что-то ответить, Вильма развернулась и пошла в сторону дома.
Вильма ушла, а Элизабет не трогалась с места. Она стояла и смотрела, как Вильма удаляется по дорожке к красивому и большому дому. Элизабет медленно выдохнула, и вернулась за руль.
Услышав приглашение Вильмы на чай, она замерла. Нет. Не готова она сейчас встретиться с Германом. Паника накатила волной. Не сегодня! Да, в следующий раз, так лучше будет и да, она будет готова.
А Вильма…
Вильма, по сути, ещё совсем ребенок: "" Я совсем не против того, чтобы Вы и отец были вместе!""
Да, она уже сама ждет ребенка и совсем скоро станет матерью, но девочка росла без материнской любви. Отец, конечно, окружил её любовью и заботой, в каждом её воспоминании отец, в каждом значимом и не очень событии только отец. Но у ребенка должно быть два родителя, так природой им, людям, заложено.
