Дэв понимала, что если Лесли упадет
на нее и окажется сверху, случится настоящая катастрофа. Но она безумно хотела
этой катастрофы. Хотя разум подсказывал, что нужно срочно взять себя в руки, снаружи
творился настоящий хаос, и сейчас явно было не место и не время. – Когда же это
время настанет? – простонала Дэв.
–
Что? – прошептала Лесли, не понимая, что Дэв имеет в виду.
Но
Дэв лишь покачала головой в ответ. Лесли провела рукой по ее щеке, чувствуя
дрожь. Она понимала, что Дэв сейчас очень больно. Что им обеим сейчас больно.
«Господи,
скажи, наконец, ей правду!» – приказала себе Лесли.
–
Я хочу заняться с тобой любовью…
–
Я тоже хочу, – одними губами ответила Дэв. Она лежала абсолютно неподвижно и с
болью смотрела на Лесли, будто дожидаясь приговора. Как же она боялась снова ее
потерять. Возбуждение наполнило все ее тело тягостной негой, от которой,
кажется, уже не было спасения. Пытка воздержанием была невыносимой, и
доставляла почти физическую боль. – Я так давно хочу тебя.
Звенящая
тишина наполнила палатку, заглушая даже раскаты грома.
«Скажи
ей правду!» – заставляла себя Лесли. Она была просто обязана это сделать. Но
слова застревали в ее горле.
–
Я боюсь, что это может быть ошибкой.
–
Я уверена, что это будет ошибкой, – Дэв запустила пальцы в волосы Лесли.
Лесли
подняла голову, собираясь что-то сказать, но Дэв прервала ее нежным поцелуем.
Боль от наслаждения пронзила ее тело, и слова вырвались вместе с рыданиями.
–
Я знаю, что это ошибка, Лес. Но я так устала бороться со своими чувствами.
Когда ты рядом, когда я прикасаюсь к тебе, все вокруг наполняется солнечным
светом."
"–
Боже, Дэв… – прошептала Лесли. Она так хотела поцеловать ее снова. Знала, что
стоит этому случиться, и страсть Дэв заполнит ее – так происходило каждый раз,
когда они целовались. Сила этих чувств повергала Лесли в ужас. – Я больше не
могу отличить реальность от фантазии. Я всегда точно знала, кто я, что я делаю,
и что меня ждет впереди. Но теперь я едва узнаю себя.
–
Ты ее любишь?
Вопрос,
который Лесли никогда не задавала самой себе, пронзил ее сердце.
Она закрыла
глаза, боясь прочесть боль на лице Дэв. Она знала, чего стоил ей этот вопрос.
Не открывая глаз, Лесли пыталась найти ответ. «Скажи правду!» – ее внутренний
голос уже не приказывал, он вопил, что есть мочи, желая наконец быть
услышанным. Правду. Но что на самом
деле есть правда? Существует ли какая-то шкала, по которой можно определить
процент истины? Лесли не знала.
