Дэв задрожала всем телом.
– Дэв, в чем дело?!
Дэв чувствовала, что ей становится тяжело
дышать. Почти паникуя, срывающимся голосом, Дэв закричала:
– Лесли! Слезай! – Она схватила Лесли и
отодвинула от себя. – Мне надо идти.
Ничего не понимая, Лесли растерянно
смотрела, как Дэв садится на свой мотоцикл и через мгновение уносится прочь.
– Лесли, – окликнула ее Эйлин Харрис,
озабоченно вглядываясь в лицо дочери. – Ты хорошо себя чувствуешь?
– Что? – переспросила Лесли, оглядываясь
вокруг так, будто видит эту кухню впервые.
Она встряхнула головой, и призраки
прошлого растворились в воздухе. – Все в порядке, просто задумалась.
Эйлин вытерла руки полотенцем:
– Судя по всему, Дэвон была не из тех
девчонок, которые вписываются в любую компанию.
Лесли нахмурилась:
– О чем ты?
– Я не имела в виду ничего плохого, –
ответила Эйлин, искренне удивляясь раздражению дочери. – Она интеллигентная и
очень милая. Просто я не могу представить, что она интересовалась тем же, чем
ты и твои подруги.
– Спасибо, мам, – сказала Лесли, резко
вставая из-за стола.
Подойдя к раковине, она выплеснула остатки кофе и с
громким стуком поставила кружку. – Ты так говоришь, как будто у нас всех был
лишь ветер в голове, и мы не интересовались ничем, кроме сплетен и косметики.
Эйлин удивленно подняла брови:
– У меня и в мыслях не было осуждать тебя
или твоих друзей. Я просто заметила, что Дэвон явно отличалась от остальных.
– Отличалась? – Лесли сложила руки на
груди. – От кого? От тех, кем мы были, или от тех, кем мы были по твоему
мнению? Разве ты знала, какой была я?
– Мне казалось, что знала, – тихо сказала
Эйлин.
– По крайней мере, на столько, на сколько ты мне позволяла тебя узнать.
– Я позволяла? – Лесли хотелось кричать
во весь голос. Понимая, что теряет контроль над собой, она огромным усилием
воли подавила гнев – как будто порыв холодного ветра охватил ее мысли и вымел
все ненужные эмоции. – Дурацкий разговор. Все это осталось в прошлом и уже не
имеет никакого значения.
Эйлин налила себе чашку кофе и тихо
спросила:
– Ты на самом деле в это веришь?
– Верю во что? – переспросила Лесли, в
тайне гордясь победой своего разума над эмоциями.
Подобные стычки с матерью происходили
каждый раз, когда они оставались наедине. С тех пор, как Лесли уехала учиться в
колледж, их отношения изменились: больше они ни в чем не соглашались друг с
другом.
– В то, что незаконченные дела и
неразрешенные проблемы не будут нас преследовать.
