Эта троица составляла странную группу; Эвелин Гонсалес назвала их Пропащими Ребятами. Название прижилось, в основном из-за того старого фильма о вампирах, действие которого происходило в Санта-Крузе.
Вампир Холден…
День был теплым, так как дело шло к весне, но он выглядел по-зимнему безупречно в черных джинсах, белой рубашке и сером твидовом пальто. Каждый дюйм его кожи был скрыт под одеждой, кроме головы и рук.
Но я видел все.
И от этой мысли кровь сразу же устремилась на юг. Прошли месяцы, а я все еще не мог его забыть.
Неважно, сколько дней прошло без единого слова от него или сколько ночей я провел, цепляясь за воспоминания, они всегда вызывали больше эмоций, чем хотелось бы. Больше чувства одиночества, больше желания, больше тоски по нему. Я пересек двор, пока Холден разговаривал и смеялся со своими друзьями, никаких следов той ужасной рождественской ночи, когда я обнаружил его в полном хаосе на полу. Если он и думал обо мне так же часто, как я о нем, а именно каждую вторую минуту, то виду не подавал.
К Пропащим Ребятам приблизилась Эвелин Гонсалес и увела Миллера.
Холден приложил ладони рупором ко рту и крикнул им вслед:
– Ты тоже слышала о его волшебном члене? Почему я узнаю об этом последним?
Миллер показал ему средний палец, и Холден хихикнул, толкнув Ронана локтем. Наши взгляды пересеклись, и его резкие черты смягчились. Он смотрел, как я шел по двору, с тем же голодом и тоской в глазах, которые я каждый день видел в собственном отражении.
Может быть, у него еще что-то ко мне осталось…
Реальность ударила меня по лицу, когда я врезался прямо в Донти Уэзерли.
– Эй, эй! – произнес он, смеясь, переводя взгляд с Холдена на меня. – Осторожнее, парень.
– Ой, извини, – быстро сказал я. – У тебя дальше биология, да? У меня химия. Прогуляюсь с тобой.
– Да, конечно, – непринужденно отозвался Донти с легкой улыбкой на губах. – Мне показалось, или ты пялился на Пэриша?
Черт.
У меня пересохло в горле.
– И что ты хочешь этим сказать?
– Ты.
Пэриш. Похоже, вы двое достигли взаимопонимания.
Черт, черт, черт…
– Взаимопонимание, – усмехнулся я, сердце отчаянно колотилось в груди. – У тебя богатое воображение.
– Ты в этом уверен?
– Да, я уверен.
– Ммм, интересно.
Я остановился.
– Ты хочешь мне что-то сказать?
Смеющиеся карие глаза Донти внезапно похолодели.
– Я собирался спросить тебя о том же.
По венам разлился адреналин, и меня бросило в жар.
Дерьмо, приплыли. Спустя столько времени.
