Когда смотрел нормальное порно, то всегда следил именно за парнем, – я ухмыльнулся. – Убеждал себя, что делаю это ради опыта, чтобы понимать, что делать.
Холден фыркнул. Тихий смешок, который превратился в настоящий взрыв, пока Холден не захохотал, хватаясь за бока.
– Очень рад, что повеселил тебя, – сказал я, сдерживая собственную улыбку.
– Представил, как ты наблюдаешь за какой-нибудь домохозяйкой, склонившейся над столом, которую шпилит водопроводчик… А ты такой, с бумагой и карандашом, делаешь заметки.
Я закатил глаза.
– Ой, заткнись.
Я позволил дурню насладиться моментом. Наконец Холден отсмеялся.
– Прости. Мне не стоило шутить над твоим кризисом сексуальной идентичности. Простишь?
– Нет, – сказал я, опрокидывая его на спину и устраиваясь сверху. – Я уничтожен. И никогда не смогу от этого оправиться.
Он поерзал подо мной, прижимаясь к моему паху.
– Как я могу загладить перед тобой свою вину? – Над нами вспыхивали метеориты, проносились яркими полосами и тут же сгорали. Ни один не задерживался.
– Тут ничего не поделаешь. Но… Давай вернемся к тебе домой.
У Холдена округлились глаза, он считывал все мои мысли. Я годами носил маску на лице, но Холден всегда мог видеть сквозь нее. С самого начала.
– Уверен?
Я кивнул.
– Уверен.
Уверен, что эта ночь для меня настала, что никогда не будет никого, с кем бы я хотел ее провести, кроме Холдена. И даже если я буду неуклюжим и неумелым, он никогда не усомнится, что я старался ради него. Что со мной он в безопасности. Я не мог стереть прошлое, но мог бы закрасить его новыми воспоминаниями.
"
"Обратно мы ехали в молчании. Я припарковался у обочины и последовал за Холденом внутрь. Я скинул куртку, он снял пальто, а потом мы отчаянно вцепились друг в друга. Целовались жестко, глубоко проникая языками.
Но эти поцелуи были другими. Каждое прикосновение было другим, приближая нас к моменту, которого я ждал всю свою жизнь – кульминации того, кем я был и кого желал.
Только Холдена…
Мы ввалились в его спальню, на ходу раздеваясь до нижнего белья, и упали на кровать.
– Я хочу, чтобы ты оказался во мне, – выдохнул Холден мне в губы, его руки блуждали по моей обнаженной коже.
Черт…
Похоть и облегчение затопили меня; я тоже хотел оказаться внутри него, больше, чем дышать.
– Я не знаю, что делать, – признался я, сердце колотилось где-то в горле. – Не хочу причинить тебе боль…
– Ты этого не сделаешь, – возразил он. – Помнишь ночь, когда я познакомил тебя с твоей простатой?
– О да.
