– Не стоит твоего беспокойства.
Я поймал ее за руку, не давая сбежать наверх.
– Эй. Поговори со мной. Я просто хочу знать, что он хороший парень.
Она фыркнула."
"– Нет, он серийный убийца. Тебя папа надоумил, да? Рассказал всякое дерьмо о Кайле?
– Я не хочу слышать это от папы. Я спрашиваю тебя.
Жесткое выражение лица Амелии на секунду смягчилось, как будто она чувствовала отдаленность между нами и ненавидела ее так же сильно, как и я. Но затем она снова ощетинилась.
– С кем я встречаюсь, не твое дело.
– Она выдернула руку из моей хватки и затопала вверх по лестнице. – Иди домой, Ривер. Ты здесь больше не живешь, забыл?
Дверь захлопнулась. Я потер лицо обеими руками и прислонился к стене в прихожей, где мы с Холденом когда-то целовались. Мы терзали рты друг друга, лишая способности, да и желания мыслить и дышать, пока мы вместе…
Но это было миллион лет назад. В другой жизни.
Я вышел, вернулся в свое маленькое, темное и пустое обиталище.
На следующее утро я был в мастерской с Хулио и тремя другими парнями, новой командой, которую я нанял по мере роста бизнеса по реставрации автомобилей и простому ремонту.
Папа не появился, хотя стоял в расписании.
Хулио одарил меня сочувственной улыбкой.
– Он вернется.
– Когда? Уже три года прошло.
– Когда будет готов. Как у тебя дела? Выглядишь уставшим.
– Все в порядке.
– Ты всегда так отвечаешь, когда я спрашиваю.
Я выдавил улыбку.
– Так прекрати спрашивать.
– Не могу, босс. Ты работал до изнеможения, в нерабочее время, по выходным…
– Папа не появится.
Кто-то должен здесь находиться.
– Ты всегда здесь. За четыре года, что мы вместе работаем, ты ни разу не взял выходной.
Неправда. Я летал в Париж. К Холдену.
Я отогнал эту мысль, но она все равно пронзила в самое сердце.
Хулио нахмурился.
– Просто говорю, что я тут, парень. Если тебе когда-нибудь понадобится отдохнуть, возьми выходной.
– Спасибо, дружище. Так и сделаю.
Я врал, и мы оба это знали. У меня не осталось ничего, кроме работы.
Хулио отправился разбираться с подъехавшим клиентом, а я пошел оценить комплектацию кузова для «Мустанга GT500» шестьдесят седьмого года, но вдруг сзади раздался знакомый голос.
– Эй, Уитмор!
Возле входа, засунув руки в карманы, стоял Донти Уэзерли. Он хорошо выглядел – высокий, мускулистый, широкоплечий ресивер. На нем были дорогие джинсы, первоклассные баскетбольные кроссовки и кожаная куртка. На шее висела толстая золотая цепь.
