– Я же сказал тебе, никогда…"
"Остальные его слова оборвались шумным выдохом, когда я обхватил его за талию. Мы оба тяжело повалились на землю, и лицо оцарапало об асфальт.
– Ривер! – откуда-то издалека закричала Амелия.
Я почти ничего не видел и не слышал из-за красной дымки, которая заволокла глаза, и стучавшей в ушах крови. Я перевернул парня на спину, оседлав его, и ударил кулаком по лицу. Его голова дернулась в сторону, брызнула кровь.
– Отвали, придурок! – выплюнул он.
Он нанес удар, но тот лишь скользнул по подбородку.
Я схватил его за воротник футболки, рванул вверх и ударил головой об асфальт.
– Никогда не прикасайся к ней, слышишь меня, мать твою? – прорычал я. – Если еще раз увижу тебя рядом с моей сестрой, то я тебя урою!
Кайл зарычал и выбросил вперед руку. Горло пронзила резкая боль, и он выбрался из-под меня. Я вскочил на ноги, хватая ртом воздух и вставая между ним и Амелией.
– Что за хрень тут творится? – раздался голос позади нас.
Из дома, стиснув кулаки, вышел мой отец, его лицо было искажено эмоциями – яростью.
Я давно его таким не видел. Он выглядел как бывший футболист напротив линии противника, готовый оторвать кому-нибудь голову. Он бросил взгляд на опухший глаз Амелии, и выражение его лица стало убийственным.
– Ты это сделал с моей дочерью?
Кайл, теперь в меньшинстве, попятился.
– Эй, мужик, все в норме. Просто ситуация немного вышла из-под контроля.
– Ты отправишься в тюрьму, ублюдок, – по-обещал я. Амелия схватила меня за руку и уткнулась лицом мне в спину.
– Ну давай, звони в полицию, – храбрился Кайл, хотя его голос дрожал. – Ты напал на меня. Ударил головой об землю…
– Я сейчас сделаю гораздо хуже, чем просто ударю тебя башкой о землю, – прорычал папа, его голос источал угрозу. Он прижал Кайла спиной к машине и схватил за грудки, подняв кулак. – Сынок, ты пожалеешь, что вообще родился…
– Отвали от меня!
Кайл оттолкнул моего отца и забежал за машину. Запрыгнул внутрь салона, завизжали шины, двигатель зарычал и изрыгнул черный дым.
Я запомнил номерной знак, пока машина с визгом сваливала со двора, оставив две черные полосы на дороге.
Когда он уехал, Амелия бросилась в папины объятия. Он крепко обнял ее, гладя по волосам.
– Моя милая девочка. Прости. Все в порядке? Мне очень жаль…
Она покачала головой у него на груди. Папа встретился со мной взглядом поверх ее плеча.
– А как насчет тебя, сынок?
– В порядке, – процедил я сквозь зубы. – Звоню в полицию.
