Влюбленность давно прошла, но как же приятно, что Владимир Вениаминович проводил ее, хотя никто не мешал ему сесть на автобус возле больницы…
Он сделал это просто так, и она радуется просто так, и ничего у них не будет. И от этого еще лучше.
Гортензия Андреевна обещала быть в три часа и явилась как раз в тот момент, когда диктор радио перечислял время в разных городах, что всегда делал в пятнадцать ноль-ноль. По случаю наступления весны она сменила шубу на черное зауженное книзу пальто, а шапку с платком – на беретик, держащийся на пышной прическе явно не без помощи магии.
В руках она несла лист ватмана, скрученный в тугой рулон и перехваченный посередине веревочкой.
– Прошу извинить, что злоупотребляю вашим гостеприимством, – произнесла она, увидев в коридоре Кирилла, – но из-за материнских обязанностей Ирины Андреевны мы с ней не можем встречаться на нейтральной территории.
– Да ну что вы! Мы чрезвычайно рады вас принять, – Кирилл принял у гостьи пальто, – Егор, посмотри, кто к нам пришел!
Сын робко вышел в коридор:
– Здравствуйте, Гортензия Андреевна!
– Здравствуй! Надеюсь, ты хорошо себя ведешь?
– Не пожалуемся, – быстро сказала Ирина.
– Вот и отлично. Если у тебя не ладится с уроками, можешь обратиться ко мне.
– Спасибо, – прошептал Егор.
Ирина пригласила учительницу в комнату.
Из коридора донеслось: «Вот видишь, Егорчик, я тебе говорил, что даже самому страшному страху надо посмотреть в лицо». Ирина прикрыла дверь. Наверное, ей показалось, что по лицу Гортензии Андреевны промелькнула вполне человеческая улыбка.
– На этом листе предлагаю для наглядности составить таблицу из имеющихся в нашем распоряжении фактов, ибо количество их растет и нуждается в систематизации.
Ирина огляделась. Единственный большой стол был превращен в детский уголок. На нем лежали пеленки, рожки и всякие другие приспособления для ухода за малышом. Где расположиться? На кухне дурной тон…
– Давайте прикнопим к стене? – предложила она.
– Будет очень удобно.
Ирина крикнула Егору, чтобы принес кнопки и фломастеры.
Через минуту из-за дверного косяка осторожно показалась детская рука, держащая требуемые предметы.
– Зайди, мальчик, и подай, как положено. Чем ты сейчас занимаешься?
– Читаю.
– А почему не делаешь уроки? Каникулы уже кончились.
Егор пожал плечами.
– После школы следует поесть и немного погулять, чтобы снять школьную усталость, и сразу садиться за уроки, а чтение и другой отдых оставлять на вечер. Ясно?
Егор кивнул.
