Когда закон бессилен

 — Их сейчас никак беспокоить нельзя.

— К ним утром Басов заезжал, — сказал Клоун. — Видимо, он и сказал о том, что капитан ранен. Был у них недолго, минут десять.

— Ты забыл, как Полковник говорит? — зло спросил Шугин. — Во всем нужна точность. Неужели точное время, сколько он там пробыл, нельзя было запомнить?

— Меня там не было, — начал оправдываться Клоун, — а наблюдатели — парнишки молодые, только пришли. Ты же сам говорил, чтобы наши кадры там не показывались. Так что, Феликс, ты не по адресу.

— Скорее бы Зимин пришел, — вздохнул Шугин.

 — , Во-первых, узнать, что там за привидение в доме пчеловода, что об убийстве Возниковой думают, да и вообще, какие у милиции новости. Все-таки отлично своего стукача в милиции иметь, — подмигнул он Горбатому. — Всегда на шаг впереди их идешь.

— Я ментовских стукачей в камерах знаешь сколько видел, — ухмыльнулся тот. — Стукач, он и есть стукач. Какая разница, кто и на кого пашет. Сейчас ему выгодно на вас работать. А коснется, он же вас и сдаст вместе с потрохами.

Не верю я этому козлу, — сказал Горбатый.

— Еще бы ты ему верил, — засмеялся Клоун, — ты сколько отсидел-то?

— Хорош, Гена, — прервал его Феликс и сказал, обращаясь к Горбатому. — Сейчас расходимся. Ты со своими, пока Константин Федорович не выйдет, здесь не появляйся. Если будешь нужен, я тебя сам найду. Если что-то случится, позвонишь Клоуну.

— Что же делается? — прошептала Вера Николаевна. — Ведь Сережа от нас к этой женщине поехал. Господи, — по ее щекам покатились слезы, — сначала Валерку Мягкова убивают, потом Саша гибнет, а теперь Сергей при смерти.

Что же происходит?! Ведь раньше такого не было! И, главное, не находят никого.

— Там еще и участкового ранили, — нервно сказала Ирина. — Молодой парень. Ему только что оружие дали, он стажером был. Представляете, каково ему? Ведь он хоть и преступника, но все же человека убил.

— Ира, — вытерев слезы, Вера Николаевна посмотрела на невестку. — Будет лучше, если ты к моей двоюродной сестре в Волгоград уедешь, пожалуйста, — увидев, что Ирина хочет возразить, мягко попросила она.

 — Ведь ты скоро мамой станешь. А после того, что произошло, боюсь, этим не кончится. Тем более, мы написали заявление на Константина. Ты слышала, что подполковник Басов говорил? Скорее всего, освободят Константина, — в еще мокрых от слез глазах Веры Николаевны промелькнула ненависть, — хотя и сомнений вроде ни у кого нет. Они, видите ли, доказать не могут, — окончательно рассердилась она. — Поэтому тебе лучше уехать.