Когда закон бессилен

Завтра ее хоронить, — он вздохнул, — а я и встать не могу. Но все равно поеду. И так в народе разговор ходит. Осуждают, сволочи! Мол, мужик бабой прикрылся. А не поймут, что инстинкт самосохранения сработал. Я и подумать не успел, как руки сами Зинку выхватили, чтобы тело закрыть. Вот Верка, — сверкнув глазами яростно прошептал Константин Федорович, — стерва! Ведь, чуть не убила! И не подумаешь на нее. Всю жизнь пришибленной прожила, никогда, ни с кем не ссорилась. Тихоня, — сплюнул он.

Собрав куски окровавленной ваты и бинты, Рахим неслышными шагами направился к выходу.

Посторонившись, пропустил вошедших Шугина и Клоуна.

— Чем порадуете? — встретил их вопросом Зяблов.

— В милиции все уверены, что Веру Николаевну я головой об асфальт треснул, — усмехнулся Шугин, — но доказать ничего не могут. Басова скорее всего раньше на пенсию проводят. Про фотографию никто ничего не знает.

— Черт тебя раздери! — заорал Зяблов. — Кто же тебе в. камеру записку-то бросил?!

— Да я же говорил, — буркнул Феликс, — меня перед тем как туда сунуть, дубинкой огрели.

Я на полу мордой вниз лежал, кормушка хлопнула. Я повернулся — записка. Только взял, меня Зимин как будто на допрос вызывает. Я ему и отдал. А утром меня уже выгнали. Мы с ним, — он кивнул на стоявшего рядом Клоуна, — сразу к фотографам поехали.

А за ними, оказывается, этот придурок Петенька пас. Я вот чего думаю, — тихо сказал Шугин. — Петьку участковый из пригородного совхоза послал. Значит, знал он, что мы за фотографами заскочить можем: Надо брать его и тряхнуть хорошенько.

Скажет, по чьей наводке он фотографам хвост сажал.

— А сами они что говорят? — спросил Константин Федорович.

— Да то же самое, что и говорили, — ответил Клоун, — ничего не знаем. Нам велели приехать и снять, как Зяблов с женой выходить будут. Мы все пленки просмотрели. Как вы выходите, как Вера Николаевна на вас пистолет направила. Как вы Зинаиду…

— Хорош тебе! — недовольно прервал его Зяблов.

— Да я просто говорю, что заснято, — торопливо объяснил парень.

— Думаю, нужно участкового брать, — высказался Шугин. — Почему он просил приятеля за фотографами смотреть? Значит, что-то знает?

— Да что этот лейтенантишка знать может, — презрительно скривился Зяблов.

— Но кто-то сунул мне эту записку, — сказал Феликс. Думаю, нужно брать участкового.

— Это не столь важно, — немного подумав, решил Зяблов. — Меня сейчас беспокоят двое — Ирина и Волошин.