Когда закон бессилен

Я тоже только вернулся, в прокуратуре был. Дело прекращено.

— Понятно, — явно удивленный недовольным тоном подполковника, протянул Сергей. — Но вы вроде как бы не…

— Да ведь я знаю, что Веру убил Феликс, — кричал Басов. — А дело прекратили в отношении меня. Мол, хотел освободить женщину от рук Шугина, который пытался вырвать у нее пистолет. В общем, в ее смерти никто не виноват.

Я сейчас в отпуске, а потом на пенсию, — буркнул он. Вздохнул и взял сигарету.

— Чего молчишь? — выдохнув дым, спросил он.

— Не знаю, что сказать, — признался Феоктистов.

— А я думаю, успокаивать меня начнешь, — вздохнул Басов и требовательно проговорил:

— Глаз не спускай с дачи. Тут мне информация попала: к нему не сегодня, так завтра, в общем, в течение трех дней, из Астрахани какой-то груз придет. Что за груз, не знаю. Но в любом случае это шанс для санкционированного прокурором обыска.

— Понял, — ответил капитан.

— Дело о двух сгоревших машинах, можно сказать, закрыли, — сказал подполковник.

 — Да это сразу понятно было. Следов вообще никаких. Волошин, пчеловод, тоже, видно, разуверился в нас. Раньше в день по два раза заходил. Потом как отрубило. А ведь я уверен, — задумчиво проговорил подполковник, — что он не все сказал. Иначе бы на кой черт его пытались убить, — Басов выругался.

— Так Волошин потому и молчит, — сказал Феоктистов. — Он обратился к Мягкову и его убили! Тут поневоле перестанешь куда-то обращаться.

— В общем, так, — немного помолчав, решил Басов.

 — Ты продолжай наблюдение. Только смотри, — строго предупредил он, — не попадись! А то если боевики Зяблова не пришьют, то он на тебя такую бумагу накатает, что всю жизнь отмываться будешь. А я к Волошину съезжу. Может, просветит он меня, о чем Мягкова просил.

— Сколько вас не будет? — спросил капитан.

— Как вернусь, сразу свяжусь с тобой.

— Волошина в деревне нет, — сказал Клоун. — Где он, соседи не знают. Особо мы и не расспрашивали, опасно. Деревенские сейчас только и говорят о мафии, которая Волошина хочет убить.

До того договорились, — он усмехнулся, — что теперь уже и пчеловод какие-то деньги от мафии утаил.

— Это, с одной стороны, и хорошо, — улыбнулся Зяблов. — Сарафанное радио свое дело сделает. Если его сейчас как-то поддерживают, заботятся, жалеют, то после таких разговоров вслед плевать начнут. И тогда он сам…

— На Басова дело прекращено! — возбужденно проговорил появившийся в кабинете Зимин.