Когда закон бессилен

Дверца чуть приоткрылась. Недоуменно округлив глаза, он шагнул вперед. — Нет! — отчаянный, полный ужаса и боли крик раздался из вагончика. — Саша! Зинка!

— Блиндер буду сапоги, — выбив чечетку перед отодвинувшейся решетчатой дверью, с блатной интонацией проговорил высокий худощавый человек. — Мадера фикус! Сукой буду— не забуду ваш поганый паровоз! — подмигнул охраннику, потом ногтем большого пальца поставил на подошве крест, — Все, начальничек, — он усмехнулся, — ключик-чайничек. Хренушки я больше порог зоны перешагну.

— Все так говорят, — насмешливо заметил тучный майор МВД, — а через год-другой снова на нарах.

— Не путай хрен с гусиной шеей, — усмехнулся худощавый. — Я не все. И кто, как не ты, опер, знаешь это… — Задрав голову вверх, зажмурился. — А знаешь, мент, — прошептал он, — здесь, даже возле зоны, и воздух, и солнце — все другое. Свежее и какое-то чистое.

Майор удивленно посмотрел на него.

— А ты, Граф, оказывается, можешь красиво говорить.

— В каждом зэке живет поэт, опер, — насмешливо отозвался худощавый.

— В тебе, Суворов, бандита гораздо больше, чем поэта, — высказался подошедший к дверям полковник МВД.

— Ба, — весело улыбнулся Граф, — какие люди… Надеюсь, не откажетесь, господин-товарищ-барин, отметить сие знаменательное событие ста граммами прекрасного коньяка?

Полковник молча вошел в КПП.

— Брезгуют господа, — с насмешливым сожалением проговорил Суворов.

— В общем, так, Граф, — строго напомнил майор. — Не вздумай переброс сделать. Мы тут специально для тебя…

— Обижаешь, начальник, — улыбнулся Граф.

— Давай, давай, — зло сказал майор, — мы тебе враз…

— Суворов освободился? — к ним подошел невысокий мужчина в темных очках.

— Надеюсь, вы, сударь, не из прославленного своими геройскими захватами МУРа? — серьезно спросил Граф.

— Он такси заказывал, — сказал невысокий, — вот я…

— Карета подана, — Суворов с иронической улыбкой повернулся к майору, — и посему я отбываю. Примите добрый совет, начальник, — тихо, с явной угрозой сказал Граф.

Возмущенный майор открыл было рот, но Суворов уже быстро шел к «волге». Усаживаясь рядом с водителем, вздохнул.

— Куда? — спросил таксист.

— В аэропорт, — бросив взгляд на центральную вышку и часового на ней, сказал Граф.

Лежа в большой окутанной ароматным паром ванне, пожилой мужчина блаженно постанывал. Две молодые девушки умело массировали его тело.