Когда закон бессилен

И если Иван попытается, только попытается что-то предпринять против тебя, он засветится, понимаешь? Если сейчас Редина прикрывают созданные им банки — клиенты у него сам знаешь, кто, — то, направь он к тебе своих костоломов, они обязательно попадут в поле зрения вашей казахской милиций. И если милиция как-то договаривается со своими крутыми парнями, — Зинаида засмеялась, — и, как пишут газеты, даже кормится за их счет, то в любом государстве ближнего зарубежья появление заезжих бандитов они принимают в штыки.

— Черт подери, — он покачал головой, — если бы я не знал, что ты полтора месяца была на Гавайских островах, то подумал бы, что все это спланировала ты. Впрочем, может, так оно и есть? — он вопросительно взглянул на нее.

— И ты думаешь, что после этого я приехала бы к тебе? Нет, Касым, — Зинаида покачала головой, — я об этом узнала из телефонного разговора с Костей.

— Нет. В Москву ездил Дервиш. Редин в ярости, и я понижаю его.

— Касым, мне противно слышать это. Ведь погиб твой брат. Где же честь мусульманина? Где ваша хваленая кровная месть?

— Я не знаю, кто убил брата! — заорал он. — Кстати, твой муж обещал разузнать и сообщить мне. А ты…

— Сегодня я поеду в Саратов, — спокойно перебила его Зинаида, — и там узнаю, что Косте известно о нападении. Если услышу от него что-то, что сможет тебе помочь, немедленно дам знать.

— Зинаида, — наливая в тонкие бокалы золотистое вино, он благодарно взглянул на нее, — я рай, что ты есть. Настоящая женщина и…

— Докажи, что ты настоящий мужчина, — смеясь, Зинаида поднялась и повернулась к нему спиной. Жесткими пальцами Касым осторожно взял застежку молнии и попробовал расстегнуть. — Осторожнее! — воскликнула она. — Не порви!

— Может, ты как-нибудь сама, — отпустил он застежку.

— Да, кстати, — заводя руку за спину, Зинаида попыталась достать застежку молнии, — на Гавайях я встретила Анку.

— И что? — поинтересовался он. — Как она тебя…

— Мы с ней чуть не сцепились, — засмеялась Зинаида.

— Что? — удивленно переспросил сидевшую в кожаном кресле Валентину седой мужчина. — Почему ты хочешь поместить такую сумму в моем банке?

— Вы же знаете мои отношения с отцом, — вздохнула она.

— Конечно, знаю. И как друг Ивана всегда был недоволен этим.