Когда закон бессилен

 — Ну почему вы не оставите меня в покое?

— Ты мать моего внука, — терпеливо проговорил Растогин, — который носит мое имя. Да, я был против вашего брака с Андреем, считал, что ты его недостойна. Поэтому Николай сблизился с тобой.

— Значит, это вы велели сказать ему, что Андрей уехал с женщиной в Израиль? — догадалась она. — Как вам не стыдно! Если бы я знала правду…

— Это не единственная моя ошибка, — Растогин выдохнул. — Я написал Андрюше, что ты вышла замуж. Из-за этого он и ушел во французский иностранный легион и погиб.

— Какой же вы гад, — с ненавистью прошептала она, — подонок. Убили своего сына. Ведь это вы своим подлым враньем убили Андрея. — Растогин виновато опустил седую голову. — И теперь вы приходите и предъявляете права на моего сына! Как вы можете?

— Он мой внук! — воскликнул Растогин. — Я сделаю из него человека. Дам ему образование. Дам ему все то, без чего просто нельзя быть человеком.

— Человеком? — переспросила Галя. — И вы можете говорить об этом? Вы отослали Андрея в Израиль для того, чтобы он получил образование.

Он не хотел и поехал только потому, что любил и уважал вас. А вам мало было разлучить нас. Вы через Николая сообщили мне, что Андрей уехал в Израиль с другой женщиной и навсегда. И тем самым толкнули меня в объятия Николая. Я просто хотела забыть, вычеркнуть из памяти Андрея, — глаза Галины наполнились слезами. — Но вам и этого показалось мало. Теперь вы решили забрать у меня Павлика. Как вы смеете предлагать мне деньги за сына? Моего сына!

— Я прошу тебя, Галя, — негромко проговорил он.

 — Подумай и ты поймешь, если ты действительно желаешь счастья своему сыну. Что он получит здесь, в России? Что ты сможешь дать ему? Я, конечно, оставлю ему денег. Но Россия теперь стала непредсказуемой страной, здесь может случиться все, что угодно. В любое время к власти могут вернуться коммунисты. Ты представляешь, что тогда будет? Снова революция и гражданская война. В прошлом году танки стреляли по Верховному Совету. Россия катится в яму, из которой выход только один — гражданская война. Ты понимаешь это? И я просто не могу позволить, чтобы сын моего сына, даже от такой женщины, как ты…

— Что?! — гневно воскликнула Галина. — Поднявшись со скамейки, твердо проговорила. — Вон. И никогда не приходите. Вы оскорбили не только меня, но и мою родину. Я русская. Может, для вас это прозвучит несколько странно, но я горжусь этим. И верю, что моя страна снова станет великой державой.