Когда закончится август (ЛП)

Моя связь с ним была странной, но глубокой. Я приносил ему мандаринки каждый день. Я действительно хотел бы сделать что-то большее для него.

— Например забрать его домой?

— Это приходило мне в голову, хочешь верь, хочешь нет. Я никогда не переставал думать о нем — до такой степени, что через год связался с приютом.

Тяжело было говорить. — Они закрылись. Я понятия не имею, где сейчас кто-нибудь из этих детей. Это преследует меня по сей день.

— О нет. Что ты планировал сделать… когда позвонил им?

— Я не знаю. Я честно не могу тебе сказать.

Я просто хотел убедиться, что с ним все в порядке — возможно, выяснить, как я могу помочь ему финансово. Я сделал несколько звонков, но никто не мог сказать мне, что случилось с детьми, которые там были.

— Это страшно, но ты знаешь, тот факт, что ты всё еще думал о нем после того, как уехал и хотел помочь, говорит о том, какой ты человек.

Прошло много времени с тех пор, как кто-то смотрел на меня с восхищением в глазах. Если бы я только заслуживал это.

В течение следующих получаса Хизер слушала, как я рассказывал ей больше историй из моих путешествий.

Ее больше интересовали люди, с которыми я встречался на этом пути, чем места, которые я посещал, и я обнаружил, что это говорит о том, каким человеком она была.

Когда с озера подул прохладный летний ветерок, у раздвижной двери появилась мать Хизер.

Хизер заметила и сказала: «Мама, иди присоединяйся к нам».

— Нет. Я только вышла, чтобы принять свою таблетку. Я возвращаюсь в свою комнату.

— Приятно познакомиться, миссис Чедвик, — сказал я.

— Называйте меня Алиса.

Я встал и протянул руку. — Ноа Каваллари.

Она пожала её. — Думаю, это моя возможность поблагодарить вас за вашу помощь.

Сев обратно, я сказал: «Нет, спасибо не нужно. Как я и сказал Хизер, мне действительно нравится физический труд.» — Моя дочь настаивает на том, что у вас нет скрытых мотивов, но я не совсем уверена, что верю в это.

— Сколько вам лет, сэр?

Хизер посмотрела на меня, и я точно знал, о чем она подумала: тридцать четыре не настолько уж много.

Я сказал ей, что достаточно взрослый, чтобы быть ее отцом, потому что часть меня хотела, чтобы она поверила, будто я старше чем на самом деле, и у неё не появлялись никакие идеи.

— Ну, ты слишком взрослый для Хизер, но она, кажется, совершенно поражена тобой.

Хизер выглядела удрученной. — Мама, пожалуйста.

Но Алиса продолжала наступать. — Последнее, что ей нужно, чтобы ею поиграл и использовал человек, который в городе проездом.