Но зачем? Разве титул луаны — пустой звук? Я в который раз пожалела, что не знала всех тонкостей этого необычного статуса.
— Я не думала, что оплот такой большой, — призналась я Дэвиду Коротову, украдкой рассматривая Ирбиса. Мужчина, слегка наклонив голову, слушал, что ему щебетала Маргарет.
Словно почувствовав мой взгляд, барс поднял голову и, слегка улыбнувшись, кивнул. Еще бы знать, что это означало. К этому моменту ужин почти закончился, и передо мной стоял нетронутый десерт из фруктов и взбитых сливок.
От постоянной болтовни Коротова начало слегка звенеть в ушах. Больше всего сейчас мне хотелось вернуться в свои покои, обнять сына и лечь спать. Но этикет не позволял.
— Оплот стал разрастаться после мирного договора с Империей. Перевертыши стали приезжать сюда с семьями. А там, где есть люди, будут и лавки с продуктами, одеждой и товарами первой необходимости, — ответил Дэвид.
Мне только и оставалось, что кивнуть. За все это время мне так и не удалось задать ему самый главный вопрос.
После ужина мы вернулись в гостиную. Маргарет села за пианино и принялась музицировать, Ирбис с непроницаемой миной на лице остался стоять рядом, опираясь рукой о музыкальный инструмент.
Странный вечер. Стоило Снежному только посмотреть в мою сторону, как его тут же отвлекали — либо сама Маргарет, либо ее мать. Чего они добиваются? И почему он позволяет так обращаться с собой? Почему не подойдет и не заберет от этого настырного перевертыша, который скоро протрет дыру у меня на груди.
Так и заглядывает в вырез. Еще немного — и слюни начнет пускать.
— Скажите, я могу завтра посетить вашу контору? — убрав с лица непокорный локон, спросила я. — Мне необходимо найти информацию об одном одичавшем.
— Ваш возлюбленный?
— Нет, мой брат, — слегка скривившись от громкой музыки, ответила ему.
Девчонка начала петь. Слух, может, у нее и есть, а вот голос слишком звонкий.
Заметив мое движение, Коротов-младший быстро осмотрелся.
— Давайте выйдем на балкон и там сможем нормально поговорить."
"Наверное, не стоило делать этого, надо было насторожиться, отказаться. Но мне так хотелось выйти на свежий воздух. Душное помещение, неизвестность, повышенное внимание, странное поведение хозяйки и ее дочери, а также громкие звуки и монотонный голос Коротова, который не отходил от меня ни на шаг, вызвали жуткую головную боль.
