Может, выросла, а может, просто пересмотрела свои позиции. Но я больше не хотела всего этого. Единственное, к чему сейчас стремилась, — просто жить со своей семьей.
А голоса продолжали упрашивать, нашептывать, пытаясь дотянуться до меня. Нащупать слабые стороны.
— Ведь все еще можно изменить… вернуть… Мы можем помочь тебе… Долина… Империя… Весь мир будет у твоих ног… Если позволишь себе… нам…
Они говорили, а у меня перед глазами вставали истории из хроник. О том, что творили маги, когда вызывали хейдов. Горы трупов, море крови, алчность, жадность и стремление захватить власть.
Кровавая королева… это я. Так меня будут звать, если я решусь пойти на такое. Та, что воздвигла свой трон на костях невинных жертв.
От увиденного меня затошнило с новой силой.
— Нет, — прошептала едва слышно. — Нет… не хочу.
Но голоса все уговаривали, обещали.
— Можешь изменить этот мир. Примирить магов, людей, перевертышей. Не будет больше звероловов, разлученных семей. Под твоим контролем все будет по-другому… Мы поможем.
Разве ты не хочешь этого?
Хотела.
Очень хотела.
Но не такой ценой.
Где гарантия, что я могу потом остановиться? Что не забуду, зачем все начиналось? Не утоплю этот мир в крови? А с расширенным резервом и хейдами я могла… очень многое могла.
— Нет.
— И мир станет лучше… Разве цель не оправдывает средства?
Не слушать… не слышать… не думать.
— Обмен состоялся, — прохрипела в ответ. — Вы согласились. Слезы за свободу. Удерживать меня вы не имеете права.
— Не будешь жалеть? — шепот, как дуновение ветра, обволакивал, лаская кожу.
Я перевела взгляд на барса, что все еще не оставлял попыток пробиться к моему телу.
— Нет, не буду."
"— Из-за него?.. Мужчина… У тебя будут сотни таких. Они будут молить о благосклонности…
— Мне не нужны другие.
Но и это их не остановило.
— А если он предаст тебя?.. Вашу любовь? Ты будешь верна своим глупым идеалам?
— Он не предаст.
Смех…
Словно скрип железа по стеклу. Он прошелся по натянутым нервам, мешая сосредоточиться.
— Предаст… Для него честь важнее всего, даже любви… Один раз Снежный уже доказал тебе это, поступившись собственными чувствами и использовав тебя как приманку. А ты простила… Глупая ведьма… Будешь страдать… больно… Опять одна.
— Не одна. Я уже никогда не буду одна. У меня есть сын.
— Которого ты украла у его отца.
— Я не крала.
— Скрыла. Простит ли он тебя, когда узнает, что его отец на самом деле жив? А Томас?
— Он поймет.
Мне так хотелось в это верить.
