Сейчас мой любимый муж занимался исключительно личной охраной своего нового лорда.
Теперь, после уничтожения теней, жизнь в Долине вошла в привычное русло, и страх перестал терзать жителей столицы. Небольшие группы сбежавших следователи Дара нашли и уничтожили в течение месяца.
Работа у Ягуара была непыльной. Ничего сверхсложного от меня не требовалось — амулеты, работа в больнице, обучение небольшого количества магов, защита, с которой и без меня отлично справлялись хейды. Они каждую ночь вылетали на дежурство, охраняя покой на землях молодого лорда.
Народ даже перестал их бояться.
Единственное, о чем я жалела, это о разлуке с Кристофером. Мне нравился этот лисенок, и я скучала по нему. Но Север запретил внуку гостить у нас.
Где-то через месяц после нашей свадьбы лорд вновь уехал в Империю и больше не возвращался. Насколько я знаю, его семилетний срок должен был закончиться этой весной. Криса с собой он брать не стал, отправив его к какому-то дальнему родственнику.
Гедеон Север пришел в себя и продолжил разгульный образ жизни.
Спасибо я от него так и не дождалась. Сдается мне, что это недолго продлится, и, вернувшись, старый лорд женит непутевого сына.
Нам выделили небольшую усадьбу по соседству с Джеком и его семьей, так что каждые выходные мы проводили вместе. С братом мы как-то быстро восстановили прежние доверительные отношения. Конечно, первое время некая настороженность присутствовала, но это длилось недолго. Несмотря на изменения, на годы, которые мы провели вдали друг от друга, все стало почти так же хорошо, как и раньше.
Киан, лишенный общения с Крисом, еще больше сдружился с детьми Джека. Особенно с Миа, с которой безобразничали на пару, доводя нянек до сердечного приступа.
А Мирта в начале прошлой осени принимала у меня роды.
Провела пальцами по лбу. Словно хотела стереть те тревожные воспоминания, которые не давали спокойно жить все девять месяцев. С момента брака до самых родов. Я помнила слова, сказанные в Храме. О том, что моя плоть и кровь должна будет объединить Долину и Империю и остановить кровавую вражду.
Да, я хотела мира между нами, но не хотела, чтобы этим занимался мой ребенок. Маленькая девочка не должна брать на себя такой страшный груз.
Чем ближе была дата родов, тем больше я переживала. Ирбису я сказать так и не смогла, не хотела тревожить. Он же так радовался и был счастлив, выбирая имя. Определить пол ребенка мы так и не смогли. Запах хейдов все перебивал.
