А посылать магического вестника у всех на виду, да еще и в непосредственной близости от работающего портала, это надо быть круглым идиотом! — возмутился Лоран.
— Но портальщики единственные, кто мог послать сигнал из долины, — не сдавался эльф.
— Я уверен, что шпион не из магов, потому что именно они держали преграду и портал, чтобы все вышли. Достаточно одному «ошибиться» и наше бегство из долины не состоялось, — добавил келрит.
Снова ненадолго установилась тишина.
— Может, у белых новые разработки по части магии? — неуверенно протянул некромант.
— Чушь! Это не магия. В Черных горах вообще магия не действует! Долина и еще несколько мест из-за отсутствия черного камня — лишь исключения из общего правила, — раздраженно заметил Уорн. Некромант прищурился и открыл было рот, чтобы ответить, но его перебил Амран.
— Повтори, что ты сказал? — быстро попросил келрит.
— Что магия в Черных горах есть только в долине и еще кое-где.
— Да вот же и ответ! — громогласно объявил Амран, но, наткнувшись на непонимающие взгляды побратимов, пояснил, — в Черных горах магия действует только в определенных местах, и на все горы храм только один.
Все, что было нужно шпиону — передать, что портал строят в Черные горы, никаких координат уточнять не надо. А о том, куда их переносят, мог обронить один из портальщиков. Координат-то он не сообщал! Предателю надо было просто выйти из портального зала, после того, как началась отправка и передать весточку! Сорок разумных, снаряжение, припасы… сколько времени у нас заняла отправка? Десять — пятнадцать клепсидр*.
Этого достаточно для того, чтобы выйти и вернуться.
— Как же все оказывается просто! Ам — ты гений! — улыбнулся Лоран.
— Итак, — подвел итог Уорн, — Раин, тебе задание: опросить всех, включая раненых. Узнай, кто выходил из портальной залы. Лоран, на тебе некроманты, как станет известно, живы ли жрецы или нет, доложишь. По поводу кокона, если с меткой будут какие-то изменения, особенно, если эти изменения будут только у кого-то одного — сообщите.
— Какие изменения? — уточнил Амран.
— Станет больше или меньше, или жечь будет сильнее, чем сейчас, исчезнет. Не маленькие — догадаетесь.
* * *"
"Как же мне было плохо! Все тело ломило, запястья на руках жгло так, будто там огромные ожоги. Я — то горела, то начинала стучать зубами от холода. В какие-то благословенные моменты сознание покидало меня, чтобы через время снова вернуться и опустить в пучину мучений.
