Оказалось, во мне примерно сто восемьдесят два сантиметра! И-го-го, то есть о-го-го сколько! Лоран ненамного выше — сто восемьдесят шесть, Уорн — сто девяносто один, Раинель — сто девяносто пять и Амран два двенадцать. В общем, все очень рослые."
"Следом Амран решил рассказать мне про систему веса, но я взмолилась о перерыве: сил не было пересчитывать еще и вес. В своем репертуаре брякнула о том, что сидя столько времени за столом, можно заработать геморрой. Естественно, келрит полюбопытствовал, что же это за страшное заболевание, и посоветовал сходить к Раинелю, чтобы провериться.
А то мало ли? Поразит меня ужасная болезнь — геморрой…
Столько заботы было в его голосе, что я не выдержала и расхохоталась. Пришлось рассказать.
Что ж у меня за мысли такие: то про засосы, то про геморрой? В любом случае, Амран решил, что действительно пора завязывать с учебой, и мы пошли в сад прогуляться. Разговор завязался о расах этого мира.
Я рассказала о том, что у нас есть сказки про эльфов, и в целом многое про них рассказано в этих сказках верно.
Амран поведал о том, что есть множество миров, таких, как Ения или Земля. Бывает такое, что меж мирами возникают коридоры, иногда спонтанно, иногда по желанию богов, и сквозь эти коридоры в другие миры проникают люди, эльфы и другие расы. Есть теория о том, что очень давно келриты так же попали на Ению. Через коридор, который построила Орния. Амран пытался найти доказательства или опровержения этой теории, но никаких документов не сохранилось, только сказки и легенды.
Это был, один из немногих дней в этом мире, когда я не засыпала днем после еды или прогулки. Вечером, конечно, мне жутко хотелось спать, но радовало то, что с период растительного существования, похоже, завершился. Еще мне удалось отговорить Амрана от ночных бдений в моей комнате. Теперь на столе появился шарик на подставке — артефакт, с помощью которого я могла позвать Лину или побратимов.
Тем же вечером в мою комнату постучался Раинель. За ужином я прочитала лекцию о приличиях в моем мире, особо упирая на то, что входить в комнату без стука — признак плохого тона.
Подействовало, как видно. Эльф явно пришел поговорить, и с одной стороны, мне было любопытно, почему он убежал в прошлый раз, а с другой — глаза закрывались от усталости.
— Вижу, что ты хочешь спать, — начал Раинель, — поэтому скажу сразу… в тот раз я быстро ушел, потому что меня задело образовавшейся связью.
— Что? — к концу дня я туго соображала.
