— С расстановкой сказал Лоран. — Почему?
У меня против воли вырвался истерический смешок.
— Почему? Вы меня убить хотите! Сначала помучить хорошенько, а потом убить.
— Что? — Удивился некромант. — Убить? Кто тебе такую чушь сказал?
— Я сама слышала! Вы говорили между собой там, в пещере, когда разобрали завал.
— Да? А о чем мы там говорили?
— Ты сказал, что мечтаешь о проведении обряда со мной, чтобы стать во много раз сильнее, — зло бросила я, — а Конан, то есть Амран посетовал, что, к сожалению, надо ждать пока я наберусь сил.
Накатило такое раздражение, что я с трудом сдерживала желание стукнуть некроманта кружкой по голове.
— А затем седой, то есть Уорн сказал, что надо пустить кровь, потом мне будет все равно, а еще добавил: в первый раз, что ли? Не надо мне мозги пудрить и показывать, какие вы добрые, я все знаю!
Одним глотком допив отвар, я поставила кружку на тумбочку рядом с ночником. И тут Лорана прорвало:"
"— Да как тебе в голову такое могло прийти? Зачем нам надо было несколько лет выращивать тело, вызывать душу, тратить чудовищное количество сил и магии, чтобы потом от этой души избавится?! Да ты хоть понимаешь, почему тебя так хотели убить белые? Нет? Из-за метки! — Лоран задрал рукав и показал такие же зеленые узоры на запястье, как и у меня.
— Смотри, благодаря этому мы связаны с тобой жизнями. Если умрешь ты, то умрем и мы!
Он поднес свое запястье к моему. Я стала рассматривать совершенно одинаковые рисунки. На загорелой руке Лорана они проступали ярче и отчетливей. Некромант продолжал:
— Если ты будешь чем-то болеть или получишь сильное ранение, метка не даст тебе быстро погибнуть.
Она будет тянуть из нас силы, чтобы продлить тебе жизнь или вылечить. Ни один из нас не нанесет тебе вреда.
Видя, что я сомневаюсь, Лоран предложил:
— Хочешь, я поклянусь? Кровью поклянусь, что никто из нас даже не думает тебя убивать или как-то мучить?
Я опешила от подобного напора, в моей голове все смешалось. Можно ли ему верить? Говорил он убедительно и проникновенно, но тогда о чем был разговор в пещере? Некромант увидел, что я колеблюсь, и достал нож.
Ни секунды не раздумывая, он полоснул себе руку немного ниже локтя. Я вздрогнула, никогда не видела человека, который специально режет себя, совершенно ни изменившись в лице. Вытянув руку передо мной, Лоран проговорил:
— Клянусь своей кровью, что ни я, ни мои побратимы не хотим причинить никакого вреда нашей избранной. Клянусь своей силой, что никто из нас не будет ее мучить и убивать.
