Не было ни звуков бомбежки, стрельбы орудий, шума транспорта, морского прибоя, гудков кораблей. Была тишина.
Я лежал на простой кровати их металлических трубок, украшенной никелированными дугами и блестящими шариками. Простое полотно простыни и шерстяное одеяло пахли каким-то неизвестным, но не отталкивающим запахом.
Комната была небольшая. Простые побеленные стены без всяких украшений. Одно окно, закрытое занавеской. Над кроватью распятие темного цвета. У окна небольшой столик.
- Как келья, - подумалось мне.
В комнату вошла улыбающаяся черноволосая девушка в полотняной кофточке и широкой льняной юбке. Она принесла тазик и кувшин. Она что-то говорила, но я понимал только отдельные слова, типа ""буэнос"" и ""сеньор"" .
Я умылся в тазике. Ну, никак не могу привыкнуть мыться не под проточной водой. Хотел побриться, но бритвы не было."
"Сразу после умывания мне была принесена миска с вареными бобами и деревянная ложка. Кружка чего-то похожего на кофе, но точно не кофе.
Я поел. Со стола убрали.
Вошла женщина в европейской одежде, но смуглая кожа выдавала ее принадлежность к местному населению. Да, какая разница? Они все были индейцами. Приехали испанцы. Стали брать в жены местных женщин. Потом испанцев приехало больше, и получилась испано-индейская нация грандов, сеньоров, графов, кабальеро, крестьян, верящих во Христа и относящихся к католической вере.
- Здравствуйте, сеньор Антонио, - произнесла она на хорошем немецком языке. - Или вы предпочитаете другие языки? Я могу говорить еще по-французски и по-английски.
- Здравствуйте, мадам, - ответил я, - мне вполне достаточно, если мы будем беседовать на немецком и французском языках.
- Сеньор Антонио, - сказала женщина, - здесь никто не будет спрашивать вас о том, как вас звали в другой жизни и чем вы занимались. Движению нужно, чтобы вы хорошо знали испанский язык и вписались в жизнь местного общества. Я ваш преподаватель испанского языка. Называйте меня донна Мария или просто - сеньора.
- Си, сеньора, - сказал я, - а о каком движении идет речь?
- Как о каком? - удивилась женщина.
- О нашем, национал-социалистическом. Мы временно сдали свои позиции, но не потерпели поражение, потому что активные члены партии живут, действуют, готовят себе смену и в один прекрасный день вступят в борьбу за торжество идеалов национал-социализма во всем мире.
- И в Африке будут наши? - ухмыльнулся я, - представляю себе чернокожего штандартенфюрера с бусами на шее и с копьем в руке.
