Кольцо княжны Таракановой

Перед племянницей неудобно, что такую подлянку ей устроила, хотя и не хотела.

Тетя Лика посмотрела на часы и сообразила, что уже вечер и для обеда поздновато. А посему, не тратя времени даром, она мигом замесила тесто для торта, который называется «Гости на пороге» из-за своего быстрого приготовления. Тетя Лика не слишком любила этот торт, исповедуя простое житейское правило, что чем меньше времени требуется на приготовление того или иного блюда, тем хуже на вкус оно получается. Иными словами: без труда не вытащишь и рыбку из пруда.

"Но в данном случае было дорого время, и опять-таки сосед Виктор Палыч был мужчина в этом смысле небалованный, потому как вдовел уже восемь лет, так что успел забыть все кулинарные изыски, которыми баловала его покойница жена.

Через полчаса торт был готов, тетя Лика украсила его ягодами из компота собственного приготовления и сбрызнула сверху сливками из баллончика, одолженного у той же Марьяны. По дороге как раз попался ей сосед, и она пригласила его на чай, при этом так таинственно блеснула глазами, что в душе Виктора Палыча шевельнулась надежда на то, что его давнишняя мечта осуществится и что Гликерия наконец-то согласится выйти за него замуж.

Наивный сосед не знал, что тетя Лика давно обо всем догадалась и, как только начинал он отводить глаза, краснеть и мямлить, она тут же ловко уводила разговор в сторону.

Сейчас Виктор Палыч не смог скрыть свою радость, так что в душе у тети Лики шевельнулось даже что-то вроде раскаяния.

Она налила ему большую чашку ароматного чая, и, когда он съел два куска торта, осторожно приступила к расспросам.

– Витя, а ты Аню точно в поезд посадил, может быть, ты ее на платформе оставил дожидаться?

– Обижаешь, Гликерия! – Виктор Палыч положил на место третий кусок торта. – Посадил в поезд, как ты велела, до самого вагона проводил, сдал с рук на руки проводнице.

– А ту женщину ты не видел?

– Нет, не видел, проводница сказала, что молодая, из Верхнегорска едет.

– А больше никто вместе с Аней в поезд не сел? – упорствовала тетя Лика.

– Вот ты сказала, и я вспомнил, – оживился Виктор Палыч, – там мужик какой-то вертелся на перроне, вроде тоже поезда ждал.