Колдовской огонь Марены

И это со всех курсов! И потому им уже не требовалось столько места, как прибылых временах. И эти постройки, как и нижний этаж академии банально использовали под склад разной ненужной рухляди. По принципу — авось пригодиться!

Идеальное место! Некроманты сюда годами не заглядывают. А остальные стараются обходить башню некромантов стороной. Помниться, ректор намекал на их своеобразный юмор. Вот видимо все и прониклись.

Роза лежала в одной из комнатушек на видавшем виды диванчике. Даже заботливо прикрытая стареньким черным пледиком, украшенным вышитыми паучками (мерзость какая!).

Казалось, она даже не дышала. Мертвенно бледная кожа, на которой еще ярче выступили многочисленные веснушки, казалась белым пятном на фоне ярко рыжих кудрей. Эльвин склонился над девушкой. Пощупал ладони, приподнял веко, поводил над ее телом руками. Затем стал расспрашивать Тану, что за зельем опоили нашу подругу.

— Мы не знаем. Это все Клемасия! Это она нас заставила.

Девушка опять испуганно сжалась в комочек. Некроман подтвердил слова бытовички, добавив, что они только помогали варить зелье, но как называется, и для чего они не знают.

Тогда эльф стал расспрашивать, как варили, из чего. Затем достал бутылочку с противоядием, капнул на палец, растер, принюхался, даже на язык попробовал.

— Все понятно. И где первокурсница достала рецепт зелья из запретной черной книги? Судя по использованным ингредиентам и противоядию, это запрещенная Paulo mortem — «Маленькая смерть».

Я судорожно вдохнула, только сейчас поняв, что до этого так затаила дыхание, что забыла даже дышать.

Перевела взгляд на магический, и посмотрела на подругу. В районе груди притаилась небольшая черная сетка, опутывающая сердце. Сеть сжимала так туго, что сердечко Розы практически не билось. Я попыталась потянуть за одну из ниточек, но сеть вдруг еще сильнее сдавило плененное сердце. Роза слабо застонала, я быстро отдернула нити своей магии. Какое мерзкое заклятье!

— Подожди! Давай сначала попробуем противоядие.

Эльф капнул несколько капель в приоткрытый рот Розы.

Сначала ничего не происходило. Ребята топтались за нашими спинами, дыша нам в затылок. Матвей подставил мне свою пушистую спину, в которую я тут же вцепилась. Знает мой пушистик, что это меня всегда успокаивает.

Затем я заметила, что одна из ниточек сети стала тоньше, пока совсем не исчезла. За ней постепенно стали растворяться соседние ниточки, ослабляя черную паутину. Грудь Розы приподнялась, она сделала вдох, затем еще и еще.