Колдовской огонь Марены

Веселые, разрумянившиеся и уже слегка замерзшие, наконец добрались до нашего дома, то бишь аптеки. А обшарпанный домик и не узнать! За эту неделю Никита умудрился полностью обновить фасад, где то подправив, где то подкрасив. Вот он какой у меня хозяйственный!

Пока Никита распрягал лошадку, мы с Розой разгрузили и занесли в дом наши покупки. Матвей сразу растянулся на ковре, поближе к камину, где горело усовершенствованное мной полено. После моих экспериментов небольшая деревянная чурочка горит теперь пару дней, давая ровное тепло и свет.

Пройдя по дому, показывая свои владения Розальве, перешла в старый аптечный зал. Вернее бывший старый. Свежеокрашенные полки и прилавок сверкали чистотой. Полы и стены тоже окрашены в неброские матовые цвета, приятные глазу. Когда же он только все успел?

— Ты хоть спал эту неделю? Когда успел столько сделать? Ты у меня такой молодец, настоящий хозяин! — Похвалила я подоспевшего Никиту, крепко его обняв.

— Так скучно одному. Я никогда так надолго один еще не оставался, вот и занимался помаленьку.

Ничего себе помаленьку! В одиночку такой ремонт забабахал. Пусть только косметический, но все же!

А потом Роза пекла душистые пироги, и мы собравшись за одним столом, смеясь и перебивая друг друга пересказывали Никитке нашу первую неделю в Магической академии наук. А когда кот иронично поправлял наше повествование, вообще от смеха чуть не падали под стол. Теперь, когда эта тяжелейшая неделя уже прожита, все казалось таким простым и понятным.

Убрав остатки ужина, постелила Розе на удобном мягком диване в гостиной. Никита ушел в свою комнату, а Матвей вольготно разместился на моей кровати, заняв большую ее половину.

Не спится. Потихоньку проскользнула на кухню, прихватив несколько листов бумаги и карандаш. По памяти сделала несколько набросков дамского белья, повторяя те, что уже рисовала для мадам Бьянки. Затем сделала еще пару новых набросков в двойном экземпляре.

Широко зевнув, поняла — пора на боковую. Убавив свет магического светильника, заглянула в комнату Никиты, поправила съехавшее на бок одеяло. Братишка во сне выглядел намного моложе своих лет, совсем еще ребенок по меркам моего мира, а здесь уже самостоятельный мужчина. Заметила на прикроватной тумбочке открытую книгу.