Колдовской вереск (СИ)

Когда Бойд пошел за мукой, а мы остались у телеги сами, я поинтересовалась:

- А что это за история со свищом?

- Ах, это?! Баловство! – хохотнула Маири. – Мы пришли в деревню за маслом и, проходя мимо мельницы, я произнесла: «Наверное Гиллис заработал много денег, раз возле мельницы плавают такие жирные гуси». Мои слова услышала его сестра Мариотта и крикнула нам в спину: «После ваших черных языков у нас подохнут все гуси! Чтоб вы провалились, проклятые ведьмы!». Это было очень обидно… Зачем мне их гуси?

- И что? Вы сделали так, чтобы у нее во рту появился свищ? – если честно, я все больше приходила в ужас от происходящего.

- Почему мы? – Эдана вскинула брови. – Это сделала ты.

- Я?! – нет, ну это уже ни в какие ворота! Я не хотела таких умений, и мне было дико слышать, что можно наслать на кого-то болезнь. Что ж, теперь все будет по-другому, я не собираюсь использовать во зло колдовские знания бывшей хозяйки этого тела.

- Ты, - усмехнулась Эдана. – У тебя это неплохо получается. Она неделю не могла разговаривать!

Тетки захохотали, привлекая внимание испуганных жителей деревни, жавшихся к своим мешкам.

Мне же было удивительно: как можно спасать людей и тут же делать им пакости? Странная семейка…

Бойд принес муку и, уложив мешок на телегу, сказал:

- Дождь усиливается, нужно шевелиться.

Мы запрыгнули в сено и вскоре выехали из деревни на дорогу, ведущую к замку.

Где-то на середине пути с нами поравнялся красивый экипаж. В открытом окошке я увидела девушку с белоснежным лицом и рыжими волосами, золотым ореолом окружающими это личико-сердечко.

Она была красива и изящна, но в ее глазах застыло такое высокомерие, что можно было подумать, будто она королева крови и не меньше. Девушка приказала конюху ехать медленнее и высунулась голову.

- Добрый день, леди, - она усмехнулась краешком тонких губ. – Замечательная погода, не правда ли? Воздух так свеж… Вы опять из деревни? За чем ездили в этот раз? За чечевицей или за репой?

Из глубины экипажа послышалось хихиканье, и девушка, слегка обернувшись, сказала:

- Тише, леди! Иначе нас заколдуют! Превратят в жаб!

Снова раздалось хихиканье, и я вдруг догадалась, что это и есть Эвелинда Маклейн, избежавшая кары золотухой.

- Вам это не грозит, - я мило улыбнулась ей. – Как можно превратить жабу в жабу?

Эвелинда стала похожа на рыбу, вытащенную из воды. Она хлопала глазами и не знала, что ответить на такую наглость.

- Что я? – мне было весело наблюдать, как она наливается краской.