Колибри

– Твоя? – я прошла вдоль стеллажей, смахнув пыль с полок, и уставилась на дверь.

– Нет. Не потащу же я тебя в койку на первом свидании, – хмыкнул бывший босс и с хлопком отрыл бутылку шампанского.

Я вздрогнула, а потом рассмеялась:

– Не знаю, – он нарисовался рядом, но сохранил небольшую дистанцию, и протянул мне наполненный бокал, – Я не силён в романтических штуках.

– Это точно, – шепнула я, отпивая шипучий напиток, – Надеюсь, ты не собираешься напиться?

– Ещё не решил, – он повторил моё действие, изучая меня глазами.

– Мне нужно будет вернуться, ты же понимаешь, – многозначительно произнесла я.

Он напрягся, а потом кивнул:

– Понимаю. Обещаю, что отвезу тебя обратно.

– Итак, – начал он, немного приблизившись.

– Итак, – передразнила я.

– Как жизнь? – спросил он с улыбкой.

– Как видишь, – я повела плечом, отпивая шампанское.

Оно было немного кисловатым на вкус, но приятным. Я любила полусухое вино и шампанское, особенно после свадьбы. На банкете было только приторно–сладкое Martini Asti, выбранное Никитой.

Тогда я так много его выпила, что на следующий день мне казалось, что внутри всё слиплось от сахара.

– О чём ты думаешь? – спросил Саша рядом с моим ухом.

У него явный талант двигаться бесшумно и незаметно.

– Да так, – я отпила ещё глоток, – Это библиотека?

Я окинула взглядом комнату, и он кивнул.

Саша пожал плечами, отпивая шампанское.

– Не только. Здесь есть много интересных книг. Шекспир в оригинале. Байрон. Пушкин.

Он замолчал, а потом неожиданно выдал:

– Дни мчались; в воздухе нагретом, уж разрешалася зима; И он не сделался поэтом, не умер, не сошёл с ума, – процитировал своего тёзку Саша.

– Я знаю: в вашем сердце есть и гордость, и прямая честь. Я вас люблю (к чему лукавить?), но я другому отдана; я буду век ему верна, – ответила я цитатой из того же произведения.

Он вздохнул и поставил бокал на одну из полок. Потом шагнул ко мне совсем вплотную. Я отступила и упёрлась спиной в стеллаж. Саша взял моё шампанское и водрузил его рядом со своим, на полку.

Потом он запустил руку в мои волосы, которые стали непривычно короткими для этого жеста и мягко наклонил мою голову назад. Мой пульс учащённо забился, и он заметил это, бросив короткий взгляд на мою шею. Потом он наклонился ещё ближе.

– Печально, – прошептал он мне в губы, – Что книги врут.

Я закрыла глаза, отключая вопли разума в голове. Я знаю, что буду жалеть.

Но я хотела этого. Больше всего на свете.

Я бросила судорожный взгляд на часы. Пол пятого.