Колибри

Выздоравливая, я старалась не думать о Саше. Получалось неплохо, словно время, прошедшее в забытье, смыло все воспоминания о нем, и они больше не отдавались глухой, ноющей болью в ребрах. Я перевернула эту страницу в своей истории, глубоко вздохнула и сосредоточилась на том, что важно в данный отрезок жизни. Мама и мой ребенок, а еще – здоровье, которое теперь воспринималось как дар, посланный свыше.

Небольшой шрам от пули на правом боку я закрыла татуировкой, поставив большой черный крест на своем прошлом.

Окончательно встав на ноги, я начала искать работу и устроилась на Статоил, как и думала несколько лет назад. Конечно, Тео мог ходить в садик, но…

Я выбрала эту работу, чтобы проводить все свое время с сыном. Каждая минута с ним стала драгоценной, потому что каждая минута могла оказаться последней – теперь я это знаю.

Заканчивая очередную ночную смену, я тайком отворачивалась в сторону, чтобы зевнуть и переминалась с ноги на ногу. Пятки гудели, даже несмотря на удобные тенниски – восемь часов на ногах.

Ещё полчаса, и я со спокойной душой закрою свою кассу, помашу сменщицам ручкой и отчалю восвояси, то есть – домой.

– Ненавижу работать в ночь, – пробормотала стоящая радом со мной Лия, – После них потом сутки не можешь в себя прийти. Да ещё и эти наркоши, – поморщившись, она взглянула на часы и глубоко вздохнула, – Пора двери открывать.

– Угу, – промычала я, продолжая листать журнал и не обращая внимания на её жалобы.

На ночь мы закрываем двери внутрь магазина, потому что те самые наркоманы нередко заходят, чтобы прихватить какую–нибудь ерунду.

А в другой части города недавно один такой вообще девочкам угрожал использованным шприцом и заставил вытрясти всю кассу. В общем, в целях безопасности, двери закрыты с двенадцати ночи до семи утра, но мы с Лией открываем их всегда чуть позже, перед самым уходом.

– Блин, вот не спится людям в такую рань, – проворчала моя напарница и сразу после этого я услышала характерный звук раскрывающихся дверей.

Вскинув голову, я моргнула несколько раз, надеясь, что мне показалось.

Потом посмотрела в окно и убедилась в том, что я не сплю и видение вполне реально – у первой колонки стоял чёрный Кадиллак. Снова повернув голову, я уставилась на Сашу и невольно вытянула спину по струнке.

– Алиса? – он чуть прищурился, приподняв очки.

– Саша, – сухо ответила я, – Первая?

Он направился к аппаратам, бросая на меня взгляды из–за плеча, а я принялась выбивать чек дрожащими руками.