Остальные с ним согласились, особенно с тем, что магистр Чейлишш – старая ящерица, которая выпила у студентов академии Хальстатта немало крови.
Похоже, именно ею он и питался."
"– Может, у тебя есть какие-то идеи, чего они от тебя хотят? – вновь поинтересовался Шоур, на что я в очередной раз пожала плечами.
Мне казалось, что моей смерти, но я ни в чем не была уверена.
Зачем Эрата Фар Аренте меня убивать – сначала с помощью дракониц, а теперь, получается, если меня не выставят из академии, сделать это самим? Я не была связана с мятежным братством и не собиралась в него вступать.
И как это могло пойти мне на пользу, о чем заявил Тобиас?
Если только они меня прикопают, чтобы я не мучилась. Но я сомневалась, что именно в этом заключался их план.
И вообще, каким боком здесь Большой Турнир, и какая здесь может быть связь с двумя десятилетиями работы моего отца, которую он, по их словам, так и не закончил?
Вопросов было много, ответов привычно ни одного.
Голова гудела, мысли путались, ноги не держали, а глаза закрывались, поэтому я решила лечь спать, уговорив себя, что подумаю обо всем завтра.
На свежую голову.
Об этом и объявила своим друзьям. Сказала, что иду в постель, и мне все равно, что они будут делать и где они станут этим заниматься, потому что я уже выбрала для себе занятие – сон!..
Глава 17
Это утро порадовало меня лишь тем, что оно все-таки настало, и никаких других плюсов в нем я так и не нашла.
Проснулась я от того, что Лоурен меня растормошила. Заявила, что пора вставать, иначе мы опоздаем на занятия.
Поднялась – невыспавшаяся, с больной головой, ноющим боком и саднящим плечом, а также с ощущением полной нереальности происходящего. И еще пониманием того, что это самое происходящее вот-вот может вылиться для меня осуждением на совете лордов-попечителей, отчислением из академии, а потом и обвинением в суде.
А ведь я всего лишь поставила на место зарвавшуюся дочь декана Академии Магии Хальстатта – и ничего больше!
К тому же в голове постоянно крутилась мысль о том, что я – словно кость поперек горла для Эрата Фар Аренты, хотя этим я тоже ничего не сделала плохого.
Всегда держалась в стороне от опасных идей, потому что мы, Саммерсы, никакие не революционеры.
Мы – сами по себе, и революции не наша забота.
Впрочем, Тобиас на своем примере доказал обратное, и это было в высшей степени странно.
Одним словом, так себе началось это утро!..
Поднявшись, я доползла до ниши, где покормила, а потом выпустила на волю заждавшегося Бельгаша.
