Полежала, пережидая, когда закончится головокружение, вызванное этим нехитрым движением.
— И какого хрена я не осталась в больнице? — попеняла я себе ворчливо. — Лежала бы спокойненько в палате, кнопочку нажала, и сестричка какая медицинская, раз и прибежала с горшком. Или как эта фигня у них там называется?
Ну, вот не осталась, дурында этакая — домой, домой все рвалась, теперь обходись без кнопочки волшебной и доброй медсестрицы с белым горшком в руке.
Самостоятельно.
Так! А самостоятельно мы сейчас ножки с кровати спустим — и-и-и, ну-ка… Ну-ка, получилось не так бодро, как предполагалось, но ножки я таки спустила с кровати.
Теперь предстояло более сложное действие с непредсказуемыми последствиями — сесть…
Я набралась храбрости, сколь могла, выдохнула и, придерживаясь за края кровати, перевела свое тельце из полугоризонтали в полувертикаль.
И пое-е-е-ехала моя головушка в путешествие, в мировое турне я бы сказала — вау-вау-вау — кружилась комната.
В голове стреляли иголки боли, во рту… — лучше даже не думать, что там у меня во рту творится, и не знать никому!
Кругоземка в голове постепенно закончилась, мне даже удалось разлепить глаза и пожелать себе мысленно успеха в следующем этапе — подъеме с кровати.
Вдохнув поглубже и жалобно-скорбно выдохнув, ухватившись одной рукой за изголовье, второй за борт кровати, я, как та птица, набралась гордости и…
И, как ни удивительно, сумела подняться с первой же попытки!
О, как!
Чувствуя себя практически олимпийской чемпионкой, ну по крайней мере определенно героиней, я сделала первый пробный шаг к двери, и ничего — шагнула! В голове булькало и кололо, от слабости дрожали руки и ноги, подгибались коленки, во рту… ну это лишнее — а таки шагнула!
И так вот шаг за шагом, буквально step, как говорится в нашем английском, bay, как говорится там же, step, понимаешь ли, я пошкандыбала вперед, придерживаясь за все подряд — стены, мебель, двери, по дороге пытаясь определиться, что в моих потребностях приоритетнее в данный исторический момент — пить или, пардоньте-с, наоборот.
Наоборот перевесило, к тому же туалет находился ближе, чем кухня по пути моего следования.
О! А там еще предстояла процедура усаживания на унитаз с последующим подниманием с него же! Тоже из разряда экстремальной утренней зарядки.
Но то ли я «расходилась» уже, то ли тельце немного приспособилось к действительности, начав свыкаться с ней — еще не смирилось, а пока только приспосабливалось.
