Коллекция

Не думайте, что я это делаю ради вас — я делаю это исключительно ради собственного спокойствия. Не ломайтесь, Вадим Иваныч — я же не предлагаю донести вас на руках!

— А вот бы было здорово, наверное, — задумчиво пробормотал он и двинулся к своему дому. — Особенно посмотреть на это со стороны.

— Не обольщайтесь, — буркнула Кира, идя рядом и продолжая держать его под руку. Потом осторожно спросила:

— Вадим Иваныч, вы простите, но мне показалось, что мои расспросы… были вам очень неприятны. Моя бабка… она что-то вам сделала?"

"— Мне? — «майор» странно усмехнулся, и в этот момент Кира бы дорого дала, чтобы увидеть выражение его лица и особенно глаз.

 — Трудно сказать. И трудно назвать это глаголом «сделала»… Кир, зачем вам это надо, а? Вас беспокоит соседская неприязнь, так на вас с братом она не перенеслась, а любопытство — все это постепенно пройдет. Все дурное уходит вместе с дурным человеком… как правило, просто некоторые в это не верят.

— А вы? — быстро спросила она. — Вы верите?

— Не придавайте значения тому, из чего половина — преувеличение, а другая половина — выдумка.

Если что-то ушло, то оно ушло. А если что-то осталось, то оно спит, и до вас ему нет дела. Не будите его. Просто живите.

— Вы тоже говорите загадками, — сказала Кира с печалью, которой сама не ожидала. Вадим Иванович остановился.

— Все, пришли. Уж до квартиры я сам дойду… Вам следует следить за собой, Кира, а то в следующий раз и отпор не сможете дать. Ешьте в обед хоть что-нибудь нормальное, а то совсем захиреете на своих клубничных йогуртиках.

Кира изумленно распахнула глаза.

— Откуда вы…

Вадим Иванович небрежно отмахнулся.

— А теперь возвращайтесь. Я буду смотреть, пока вы не зайдете в подъезд.

— Ну и провожалки! — она невесело рассмеялась, потом протянула руку, и «майор» с кривой усмешкой пожал ее, продолжая стоять в тени и не двигаясь в бледный прямоугольник света перед открытой подъездной дверью. — Ну, тогда до утра. Хотя вы…

— До утра! — перебил ее Вадим Иванович и повелительно махнул рукой.

 — Идите!

Кира резко развернулась и пошла прочь, чувствуя, как в ней снова поднимается раздражение. В сумочке запищал-завибрировал телефон, она сердито выхватила его и, увидев на дисплее домашний номер, нажала на ответ, коротко бросила: «Уже иду!» — и отключила, даже не выслушав ответ Стаса. Сейчас ей было не до него.

Она думала о том, что может связывать Софью Семеновну и «майора». Вряд ли только посиделки во дворе.