Коллекция

С кухни неважно было видно, но я разглядел достаточно… Стражи-то, сволочи, ишь чего захотели! Чуть не испортили все… кстати, сегодня остальные похоже получили славную взбучку, им теперь долго не захочется бунтовать! А Князев-то — ну не ожидал! Зря я на него взъелся, оказывается. Спас мою сестру… и все мои мечты. Отличный парень… если, конечно, его можно так назвать. Жаль, что он умрет… а коли выживет, они все равно его убьют. Их сегодняшнее сострадание краткосрочно — можешь мне поверить…

— Он не умрет! — мгновенно вскинулась Кира.

— Он страж, Кира. И страж трусливый, к тому же. Он так боялся снова потерять свою жизнь, что ни о чем тебе не рассказал… и стой он сейчас там, за окном, он бы не вошел сюда, даже если б я принялся тебя убивать… Хорошо хоть под конец себя проявил… И каково это путаться со стражем — а, сестренка?

— Заткнись!

— Ладно, ладно… — Стас развел ладонями. — Похоже, с тобой приключился большой амор… Вы, женщины, иногда очень странным образом строите свои сердечные чувства.

Он развернулся и вышел из комнаты. Кира опустила голову, зло кусая губы, потом взглянула на стоящие на подоконнике цветочные горшки. Чего хочет Стас? Что такого ему обещали? Неужели он хочет сделать то же, что и Вера Леонидовна? И что с ней самой происходит?

Через несколько минут Стас вернулся. В его руках были Кирина расческа, небольшой, но кажущийся тяжелым пакет и ковшик с водой, в которой плавала губка. Он поставил ковшик на журнальный столик, положил туда же расческу и встряхнул пакет, в котором что-то звякнуло.

"— Так сложно было все совмещать, — с некоторым недовольством произнес он. — А она играла со мной в игры — в разные дни ходила и устраивала тайнички, а я должен был искать… Только один из тайничков — самый главный — ты нашла первой, и я, честно говоря, до сих пор так и не понял — радоваться мне этому или нет…

Он запустил руку в пакет и вытащил пригоршню золотых украшений — колец, цепочек, браслетов. Драгоценные камни вспыхнули под светом ламп, и сминаемое плетеное золото тихо шелестнуло.

— Смотри-ка, — нарочито дурашливым голосом сказал Стас и перевернул пакет, высыпая его содержимое на протертый палас, тут же ставший казаться еще более протертым и грязным. — Здесь не на один десяток тысяч… Мы богаты, Кира!..

Она взглянула на сияющую груду драгоценностей, и внезапно ее разобрал смех. Запрокинув голову, Кира захохотала громко и от души, и Стас засмеялся тоже.

— Да, ты права.