– …Очень неудачно Гарднер стоял на открытых полках, – лицемерно вздохнул Макар.
– Мы не заходили внутрь, всё это известно с ее слов.
– Любовь Андреевна стала довольно разговорчива, когда осознала, что мы не одобряем ее методы приворота, – с ухмылкой пояснил Илюшин.
Это вполне в ее духе, подумала Наташа. Объяснить им, что кот был сам виноват. Раз тебя поселили в чужом доме, веди себя прилично. Как будто если бы кот аккуратно ел с ее дорогого фарфора, повязав вокруг шеи салфеточку, это уберегло бы его от последующих измывательств.
– А ведь мы, получается, и голубя какого-то спасли, – встрепенулся Макар.
Бабкин взглянул на него осуждающе:
– Это вот зря. Это я не одобряю.
– Ну задавишь пару штук для восстановления мирового баланса…
– Ты когда-нибудь пытался задавить голубя? Это как муху ловить ртом.
– Ты ловил мух ртом? – заинтересовался Илюшин.
– Это была аналогия. Для наглядности.
– Зачем ты это делал?
– Я пытаюсь объяснить, что голуби очень шустрые твари…
– Тебя в детстве недокармливали? Или это было хобби?
Они по-свойски расположились за ее столом и перебрасывались шуточками, они выглядели измученными и при этом довольными, как мальчишки в первый день летних каникул, и они показали Наташе фотографии несчастного Якова Соломоновича, пока Бабкин рассказывал, что, если бы не он, кота уже съели бы в ближайшем перелеске.
Наташа заставила себя перестать теребить обрезанную прядь и положила ладони на колени.
– А как Люба вела себя, когда вы приходили к ней?.. Я имею в виду до разоблачения.
– Я бы сказал, вполне естественно. – Бабкин вопросительно посмотрел на Макара. – Ты не согласен?
– Согласен. Любовь Андреевна тщательно переключала наши подозрения на Эльзу Страут. И, в отличие от мужа, держалась очень хладнокровно. Особенных угрызений совести она не испытывает. Кстати, ворожея прекрасно поняла, с кем имеет дело. Узнав от нас о коте и гибели Габричевского, она сложила два и два и догадалась, что его убила Яровая. Можете представить, Наталья Леонидовна, как высоко оценивала Мирослава вашу подругу, если она предположила, что следующей та убьет уже ее – как опасного свидетеля.
Решила, что проще пересидеть вдалеке, пока убийца Габричевского не будет пойман, и сбежала. Она действительно испугалась. Даже не предупредила никого из клиентов, чтобы те не проболтались."
"– Подозревала, что помощница – и та подкуплена, – усмехнулся Сергей.
– Знаете, я теперь тоже ее боюсь, – призналась Наташа.
– Да, Любовь Андреевна – женщина целеустремленная.
