Обсуждали жанровую литературу.
– Бояр-аниме, – уверенно говорил кладбищенский юноша. – Лайтово, динамично, не создает перегруза. Очень важно не создавать перегруза у читателя. Я сейчас работаю над серийником, надеюсь к концу курса создать полный план.
– На ближайшие десять лет будущее литературы за янг-эдалтом, – уверенно сказала девушка с синими волосами. – Я как бы необъективна, и вообще – с десяти лет крепко подсела на мангу…
Вокруг понимающе засмеялись.
– Я фанатка… – Она что-то нежно промяукала, Бабкин не понял ни слова.
Что это? Китайский? Корейский?
Илюшин подался вперед.
– А как насчет… – И тоже что-то промяукал в ответ.
– Ой, я только «Разрушителей времени» читала. Это немножко не мое.
Все переключились на фэнтези, затем на сетевую литературу, и посыпались фамилии, ни одной из которых Бабкин никогда не слышал.
– А что насчет детективов? – неожиданно спросил он.
Несколько секунд всеобщего молчания. Молодняк начал переглядываться. Он как будто произнес что-то неприличное.
– А ведь действительно, мы давно не вспоминали этот жанр, – оживленно заметила Яровая. – Незаслуженно, получается, обидели. Скажем, Арчи Гудвин и Ниро Вульф – старая добрая серия, ваши родители наверняка ею зачитывались! Я их очень любила.
– Ну, детективы – очень узкая ниша, специфическая, – сказал, надменно взглянув на Бабкина, мужичок в пиджаке. – Не удивлюсь, если лет через десять уйдет в альтернативку. Для души – почему бы и нет. Но если мы говорим о монетизации… – Он сделал выразительную паузу.
– Крайне спорное решение. Крайне. Контент должен приносить прибыль. Думаю, все с этим согласны.
«Слышь, ты, обмылок себорейный, – сказал про себя Бабкин, неожиданно разозлившись. – Ты бы сначала зубы вставил, а потом рассуждал о контентах».
Он вновь ощутил себя динозавром, реликтом в мире наступившей кайнозойской эры, где бегали, летали и ныряли удивительные существа, не похожие на него и не понимающие его разговоров. Дежавю: Сергей как будто вновь спрашивал в «Маргалите», найдутся ли у них фотографии кота, и ловил насмешливый взгляд Макара.
Вот Илюшин – тот чувствовал себя в этом мире превосходно. Летал, бегал и нырял, не отличаясь от окружающих.
Мысли Сергея перескочили на дочь. «В школу поведу – будут спрашивать, папа или дедушка».
Он заметил, что девицу по безмолвному соглашению вычеркнули из общего разговора. Все собрались полукругом перед Яровой, которая незаметно дирижировала обсуждением. Красавица сидела с краю.
